Говорящие с…

здесь своего оружия, но руки Михаила отлично знали, как с ним обращаться.
   — Мама! — пискнул первый из опрокинутых, громоздкий, небритый, сильно алкогольный и взъерошенный мужчина.
   — Вы с ума сошли?! — возмутился второй, светловолосый, слегка алкогольный парень.
   — Кто такие? — спросил водитель, уверенный, что эти двое оказались в его междумирье неспроста.
   — Я тут живу, — прохрипел второй, скашивая испуганные глаза на нож.
   — Ах ты, сукина подлюка! — сказал первый, и Михаил, сделав выбор собеседника, коротким ударом привел ругнувшегося в бессознательное состояние, спрятал один из ножей, вздернул бодрствующего пойманного на ноги, после чего повторил вопрос. Тот, в свою очередь, поинтересовался, зачем ему это надо, потребовал убрать нож, сообщил, что это противозаконно, что он будет жаловаться, а может, и не будет, попытался пнуть лежащего преследователя, причем все это проделал практически одновременно, и Михаил, ничего не поняв, раздраженно встряхнул парня за рубашку. Потом спрятал нож, и собеседник значительно повеселел.
   — Слушай, малый, — Михаил уронил его на стул и навис над ним, раскачиваясь, страшно вращая глазами и тщательно дыша свежевыпитым коньяком. — Вижу, ты тут очень резво бегаешь, так что живо-ка выведи меня отсюда! Меня мужики в баре ждут, а я тут уже полчаса брожу, как…этот… хрен в лабиринте… Понастроили, ё! Где выход?!
   — Да я сам не знаю! — парень снова погрустнел. — Я сам… А как ты сюда попал?
   — Помнил бы — давно б уже со своими сидел! А что это за тип за тобой гнался, а? — он кивнул на лежащего.
   — Да не знаю я! — взвыл парень и попытался вскочить, но стукнулся о железную ладонь Михаила и свалился обратно на стул. — Псих какой-то! Здесь полно ненормальных, целая толпа! Еле удрал от них… Мы там с одной девчонкой… Понимаешь, я ищу свою девушку. Ты нигде не видел? Она рыжая и у нее…
   Михаил сообщил, что, помимо выхода, тоже ищет свою девушку, и собеседник немедленно воодушевился, очевидно, решив, что обрел в его лице союзника.
   — А как она выглядит?
   — Вообще-то, мне все равно, — Михаил ухмыльнулся. — Мне щас любая сойдет, лишь бы у нее… Впрочем, есть одна деваха…
   — Шатенка с громким голосом?
   — Возможно, — Михаил сгреб парня со стула. — Так, малый, показывай мне и выход, и громкую шатенку. Лучше все сразу.
   — Ну так бы с самого начала… чего сразу ножом? — упрекнул тот, растерянно крутя головой по сторонам.
   — Ах, да, — Михаил, просияв, полез за пояс брюк, — у меня же есть нож!
   — Наверное, туда, — парень поспешно ткнул рукой в направлении одной из террас, где Михаил бывал уже неоднократно. — Я точно помню, что должна быть терраса с папоротниками. Отсюда только один выход, но… Ты, когда ходил… тебе не показалось, что эти террасы меняются местами?
   — Не, мы с народом только по двести принять успели.
   — Да нет, правда! И террасы, и комнаты… вообще весь этот дом! Как будто он постоянно перестраивается! Вот ты смотрел «Красную розу» по Кингу?
   — Не люблю фильмы про ботанику, — Михаил подтолкнул парня в указанном им же самим направлении. — Веди давай! Что за место такое — народу никого, мусор везде и не наливают… Здесь ремонт, что ли?
   Парень удивленно огляделся, словно только что заметил запустение и полумрак на террасе, шагнул в дверной проем, конвоируемый водителем, и едва переступив порог, Михаил тотчас прищурился — вдруг ниоткуда пролился яркий свет, слегка резанувший по глазам. Музыка из призрачной стала громкой, в нее вплелись чей-то пьяный говорок и стеклянный звон.
   «Тааак», — сказал Михаил самому себе, оглядываясь. Конечно же, они попали на очередную террасу, но здесь он точно еще не был. Эта терраса была аккуратно обставлена, чистенькая, свежая, с лампами под потолком, с густолистыми зелеными растениями в кадках. Все три столика были сервированы, за одним сидело двое индивидуумов сильно навеселе и что-то вяло друг другу доказывали. На вошедших они не обратили никакого внимания. Михаил был абсолютно уверен, что секунду назад ничего этого здесь не было — с террасы, на которой он изловил паренька, открывался вид на другую пустую темную террасу — только и всего. Михаил обернулся — позади теперь тоже все было освещено, все цвело и сияло, а единственным посетителем была дородная дама, чопорно кушавшая мороженое.
   — Елки! — сказал его спутник и чуть пригнулся, всплеснув руками, словно собрался пуститься вприсядку. — Да ведь только что… Ты тоже это видишь?!
   Михаил пробормотал нечто нечленораздельное, что можно было истолковать как угодно, и тут паренек с радостным возгласом ткнул в приоткрытую деревянную дверь, которой заканчивалась