Говорящие с…

она ни за что бы не поверила, что этот человек несколько минут назад довел четверых людей до потери сознания, а еще одному с лету всадил нож в затылок.
   — Вы его убили, — прошептала она. — Я не понимаю… Вы всегда давали шанс любому Говорящему. Даже убийцам! А… Вы убили его из-за меня? Убили своего.
   — Своего? — Олег Георгиевич холодно, зло усмехнулся. — Эша Викторовна, неужели вы хотя бы на секунду допускаете, что я могу считать за своего подобную мразь? Я не оставил бы его в живых в любом случае. Это не зависит от того, целился ли он в вашу голову или же в выхлопную трубу этого автобуса.
   — Вот как?! — вскипела Шталь. — Ну, спасибо! Впрочем, я все равно рада!
   Она расслабленно свалилась в кресло, глядя в удаляющуюся ейщаровскую спину, потом потерла правую руку. Ладонь и пальцы ныли невыносимо. Вроде бы, не так уж и долго она держала этот зонт.
   А как же человек, похожий на Юла Бриннера? Ты помнишь его, Эша Шталь? Очень важно, чтобы ты вспомнила его…
   Сморщившись, Эша потерла виски, тряхнула головой и кое-как приподнялась, цепляясь за спинку. Накатил вдруг озноб, и зубы так громко забили друг о дружку, что Олег Георгиевич обернулся, опуская телефон.
   — Что с вами?
   — Если вы еще не забыли, у меня простуда! — огрызнулась Эша.
   — Вы не ранены?
   — Не поздновато ли вы решили спросить об этом?!
   — Мы сейчас уедем, — Ейщаров подошел к ней, — и спрашиваю я только для того, чтобы быть уверенным — то, что я сделаю, для вас будет безопасно.
   — Сделаете что? — заинтересовалась Шталь, и тут Ейщаров без всякого предупреждения размахнулся и влепил Эше такую крепкую пощечину, что той показалось, что у нее взорвалась голова. Ахнув, она отступила, прижимая ладонь к горящей щеке и глядя на Олега Георгиевича почти с ненавистью.
   — Это было в первый и в последний раз, — сообщил Ейщаров по прежнему спокойным голосом. — По приезде в город я дам вам время подлечиться, но после этого вы вылетите из Шаи пулей! Никаких общих дел у нас с вами больше нет! И никогда не будет! Получите свои деньги и исчезнете!
   — Неужели вас настолько волнует неподчинение вашим дурацким приказам, что вам даже не приходит в голову… что если б не я, все эти дети…
   — А вам не приходит в голову, — рявкнул Олег Георгиевич, — что если бы я вас не нашел…
   — Стоп! — Эша вдруг подняла указательный палец, и Ейщаров озадаченно замолчал. — Подождите. А как вы меня нашли? Вы не могли меня найти.
   — Но ведь нашел, — раздраженно сказал Олег Георгиевич.
   — Как?! Я назвала вам не тот город. А если даже вы и поняли, что я соврала, нашли нужный дом, там все равно не знали, куда я пойду. Я ничего вам не сообщала. Вы понятия не имели, что здесь происходит! Вы вообще не знали, что здесь что-то происходит! Только не говорите мне, что судьба привела меня именно в то место, где проходила ваша очередная секретная операция по отлову очередного спятившего Говорящего! Или что все, что произошло, — лишь часть вашего блестящего стратегического плана!
   — Какое это сейчас имеет значение? — Олег Георгиевич отвернулся и направился к сидению водителя.
   — Очень большое, — Эша мрачно взглянула на свою правую ладонь и осторожно пошевелила пальцами. — У меня постоянно возникает ощущение, что я что-то упустила, что со мной что-то не так…
   — Конечно с вами что-то не так. И это началось в тот день, когда вы появились на свет.
   Эша замотала головой, пытаясь сосредоточиться. Она торопливо прокручивала в памяти все, что произошло за последние сутки. Что она упустила? Какой эпизод выпал из ее памяти? Она приехала в город, зашла в аптеку, поселилась в заплетенной ежевикой развалюхе, познакомилась с Ларкой, послушала ее рассказы про маньяка, отправилась на ночную прогулку…
   — Зашибись! Девушки уже с топорами ходят?!..
   — Я как раз тут недавно магазин открыл, зонты завезли просто шикарные, новые модели. У меня как раз есть с собой… вот.
   Ночной прохожий, так похожий на актера Юла Бриннера. Ночной прохожий, пытавшийся продемонстрировать ей серебристый зонт… а потом она уронила топорик, и продавец зонтов потерял интерес к демонстрации. А что было дальше? Дальше события развивались, как… ну ей богу, как в плохом триллере. Столько немыслимых совпадений. Столько нелепостей… Ограбления, про которые говорила Ларка, но о которых Костя ничего не знал. Странные люди под зонтами, о которых ничего не знал Юрий Андреевич. Бесчисленные фуры над дороге, безмолвные фигуры — все это было только до встречи с продавцом зонтов. Почему она забыла про этого ночного прохожего? Потому что он не имел значения? Или на то была другая причина?
   А что, если ничего этого не было?
   Эша похолодела,