Говорящий со зверями

куда их вдвоём загнали после целительских процедур, была горячей и больно жгла ободранные места.
— Да… — поддакнула сидящая по шею воде Рината, тоже с недовольной гримасой на лице.
— Слыш, Ри! Что они думают? — близко наклонившись к её уху, быстро прошептала Илона, громко плеская рукой по воде, — ты слышишь?
— Не слышу, — отрицательно покачала головою в ответ та, — я пыталась, но… Очень много людей вокруг. Как будто толпа разом говорит… Я не смогла и… «закрылась»!
— Толку с тебя… — отодвигаясь, с лёгким презрением в голосе произнесла Илона, — зря я за тебя заступаться полезла…
— А я и не просила…
— Ага. Визжала там как маленькая свинка, после каждого удара! Никакого терпения нет. Позорище… Малолетнее.
— Неправда! Я терпела! Просто первый раз это от неожиданности было! И я всего на год младше, чем ты! Могла бы дальше воевать. Я же тебе кричала, чтобы не сдавалась!
— Ну да… не сдавайся! А они бы твою спину в лохмотья бы превратили…
— А тебе, что жалко меня, что ли? Мы же вроде совсем — не подруги!
Илона несколько секунд выпятив нижнюю челюсть, мрачно смотрела на Ри.
— Слыш, ты… недоразумение малолетнее, — наконец медленно произнесла она, — ты варга! И я — варга! И совершенно плевать, подруги мы или нет. Мы — вместе! Варги, всегда — вместе! Только так мы можем победить! И если ты думаешь, что я буду просто стоять и смотреть, как какие-то людишки пытают члена моей пятёрки, хотя могу это прекратить… Знаешь, да я тебя сейчас за это утоплю в этом бассейне, дура рыжая!
С этими словами Илона подскочила к Ри и, схватив её руками за плечи, погрузила целиком под воду. Последовала короткая схватка, в которой Ринате удалось пару раз вырваться из рук Ил на поверхность, что бы вздохнуть воздуха. Битва закончилась тем, что Илона, как зачинщица, получила по голове палкой, от подбежавшего к краю бассейна евнуха.
— Уйййй! — завыла Илона, хватаясь руками за голову, — уййййй… Твари! Из-за тебя всё, рыжая… уййййй…
На этом помывка закончилась. Опасливо тыкая в них палками, трое толстых мужиков выгнали их из бассейна и направили в сторону двух лавок, на которых были сложены вороха цветной ткани, оказавшейся одеждой.
— Что это такое? — искренне удивилась Ри, держа на вытянутых руках штанишки из легкомысленно-прозрачной ткани. Трусики, с высоким вырезом на бедре она натянула первыми, даже толком не вытершись. Теперь дошёл черёд до остальной одежды.
— Что? — насмешливо ответила ей Ил, — гаремная форма одежды! Добро пожаловать в сарай, мулия!
— Какой сарай? — ошарашено переспросила Рината, — какая… мулия?
— Ты что ещё не поняла, куда попала? Это гарем. А внутри его — сарай! А те, которые живут в нём — мулии! Или гулии… Или фулии… Не помню точно это слово… Но это — не важно! А те, которые толстые — это евнухи. Они тут работают, в сарае. Можешь так торопливо не одеваться. Ничего они тебе не сделают. У них… отрезано всё там! Посмотрят только… Хотя, чего там на тебя смотреть? Одни ободранные локти да коленки…
— Сама не лучше, — огрызнулась Ри, — а откуда ты знаешь, что мы… в сарае?
— Ну, ты и «тёмная»! Ты что, сказок не читала?
— Почему? Читала… Просто, вдруг…
— Сама в сказку попала? Ха! Сама подумай! Ты ему вон как между ног двинула, а ему — хоть бы что! Покряхтел малость, да встал. Будь у него всё на месте, дарга он бы поднялся!
— А… да… — растеряно произнесла Ри, переваривая услышанное и, обернувшись, внимательно оглядела евнухов, задержав взгляд на их нижней части тела.
— Видала? — спросила Илона, когда Рината вновь взялась за одежду.
— Видала…
— Тебя помыли, одели, — теперь готовься вечером взойти на ложе к своему господину… — ехидно произнесла Илона.
— Какое ложе? — испуганно насторожилась в ответ та, — о чём ты?
— А ты что, думала, в сарае мулий — за так держат? Придётся тряпки и еду отрабатывать! Вечерком — предложить пройтись до спаленки, а там — уж будь добра, отработай — бессонной ночкой до утра…
— Не буду я ничего отрабатывать! — возмутилась Ри, швыряя штаны обратно в кучу одежды, — Ещё чего! Я не напрашивалась!
— Как будто тебя, так и спросили! — хмыкнула Ил, — впрочем, думаю, что делать тебе этого не придётся. Я только что вспомнила об одной штуке… Проверке… на девственность. В сарай только девушек пускают. А у тебя одних, таких как Аальст — сто штук было! Так что, извини, но тебя, — не пустят! Ты — недостойна ложа повелителя. Тебя, вместо этого, — посадят в темный, холодный каменный мешок… С крысами! Как фейку!
— Но…но… я… я же… у меня…
— Что, рыжик, — внимательно смотря на неё, участливо спросила Ил, — соврала? Ну, признайся, что соврала. Ты ведь даже ещё не целовалась?