Говорящий со зверями

Это значит, что для него, действительно лучше будет вернуться домой одному… А противопоставить его магии нам нечего… Что делать? Убить во сне? Подло. Он сражался вместе с нами, Дану спас… Это будет самым подлым проявлением неблагодарности, которую себе только можно представить. Так делают только люди. Но, с другой стороны, стоят ли жизни моих девчонок — его жизни? Конечно же — нет! А, если его убью я одна, не сказав им ничего — буду виновата только я. Ну и Дарг с ним, с наказанием! Главное, что моя пятёрка останется в живых. Я же — как-нибудь проживу, если не казнят… Это у меня наверное, от голода такие мрачные мысли… С чего это меня должны казнить? Особенно, если девчонки промолчат? Я им объясню, что их спасала. Поймут. Ясно же, что жизнь дороже всех наград. А отношения с Империей… Ну… Совет что-нибудь придумает! На то он и совет! Хотя, конечно, хорошо, если бы ничего такого делать не пришлось. Аальст, он хоть и ведёт себя сейчас как последняя свинья, но ведь были же и другие моменты. Нормально относился. Анжи руку вылечил. Дана, опять же. Зачем лечил, если собирается нас всех, потом, убить? Ночами не спал. Не со скуки же? Может, просто поискать к нему другой подход? Чем — то ему откровенные намёки не понравились. А если, — обращаться с ним, как с равным? Он, хоть и человек, но маг. Вполне возможно, что это допустимое исключение. Допустим, пообещать ему за спасение Даны… нашу помощь в его делах и дать клятву? В плане магии, конечно, он сильнее нас, но пять стальных клинков, да в умелых руках… Тоже, кое-что значат в этом мире! Если поступить так, у нас с ним будут обязательства друг перед другом, а это — общение и путь к налаживанию отношений. А если он откажется, то это будет ещё одним доказательством того, что собирается нас убить, и клятвы наши ему не нужны… Вот и посмотрим. Нужно поговорить с девчонками…
Рината, наклонившись, нанесла резкий удар острогой в воду и, перехватив её обеим руками, придавила что-то ко дну. Ил, отшвырнув свою заостренную палку, кинулась помогать. С полминуты возится, стоя на коленях в воде. Затем встаёт и поднимает высоко вверх правую руку, в которой держит за жабры большую, блестящую серебряной чешуёй рыбу.
Ураа-а! Сегодня едим!

Эри

Рыбка была вкусной. Свежей и почти без костей. Я, неспешно, дабы растянуть удовольствие, обгрызал доставшийся мне маленький кусочек.
Рыбы, что ли им наловить? — подумал я, поглядывая на то, как варгуши, бережно, стараясь не уронить ни крошки, едят свои порции, — пусть ещё запекут в глине. Вполне возможно, что они созрели до такого гуманитарного жеста с моей стороны. С виду — отощали малость, так что — оценят! А то, понимаешь, решили, что им «так» всё будет. За красоту их неземную… Красивы, да. Но это — не повод! Эриэлла покрасившее была, хе-хе… Единственно — как сменить мне гнев на милость? Не могу же я, просто так — сегодня миловать, завтра, — карать? Самодурственно будет выглядеть…
Я был внезапно приглашён Кирой на ужин. На рыбку, пойманную Ринатой. Сначала я удивился, а потом подумал, что это всего лишь знак вежливости и моё дело — отказаться.
А вот не угадали! — сказал я себе и нагло согласился.
Ни один мускул не дрогнул на лице приглашающей Киры, ни один «всплеск» не случился в ментале! Она кивнула головой с видом: «Я ожидала вашего согласия»!
Ну и ладно. Ожидала так ожидала….
Мы сидим вокруг костра, друг напротив друга, по трое, на двух притащенных варгами стволах упавших деревьев.
— Охрану, — сказал я, — можете не ставить. Послежу…
Короче, ужинали. Лагерь давно уже перенесли на другое место. Завонявшая туша киллоса поспособствовала этому переезду. Теперь стоянка находилась недалеко от развалин, на высоком каменном обрыве над озером. Под обрывом был глубокий омут без всяких водных растений, среди которых так любят превращаться в комаров комариные личинки. Плюс ещё частый ветерок на верху. Короче говоря, — комаров в лагере почти не было. Мне-то, собственно, всё равно, я давно пользуюсь заклинанием Аббасо против насекомых, но у варг-то такой возможности нет! Вот и выкручиваются, как могут… Хоть и приходится ходить вверх по склону, но место тут красивое. Зеркальная гладь озера под ногами… А по утрам над водой бывает туман… Белый и клубящийся… А ночью, в воде, отражаются крупные, яркие звёзды… Если бросить в воду камень, звёзды начинают качаться на невидимых волнах. Такие большие, холодные светляки… Судя по каменной площадке на краю обрыва и каменной дорожке от неё до развалин, кому-то, когда-то, — тоже нравилось смотреть на озеро. Вполне возможно, что на площадке были раньше и кресла или скамейки для повышения комфорта созерцания, но сейчас от них ничего не осталось. Впрочем, как и в развалинах — тоже ничего. Я