Если ты не ищешь приключений, это совсем не значит, что они не могут найти тебя. Достаточно лишь иметь рядом пятерку зубастых, легкомысленных особ. И раз — ты внезапно оказываешься там, куда совсем не собирался попадать! Да, здесь много интересного: и как-то еще работающие древние порталы, и брошенные биолаборатории с остатками мутагена, и пережившие всех и вся мутанты, продолжающие выполнять заложенную в них программу. Но еще более интересны отношения в команде, в которой каждый пытается навязать остальным свое видение мира. Вроде бы ничего страшного. Однако нежелание идти на компромиссы порой может оказаться опаснее всех ужасов древностей…
Авторы: Кощиенко Андрей Геннадьевич
садизмом! Он же заинтересован в нас так же как мы в нём. Поэтому — придётся ему с нами договариваться…
(Анжелина) — Заинтересован? Вот уж не думаю. Ты разве не слышала, про — «покидать нас вниз»?
(Дана) — Он этого не сделает.
(Анжелина) — Это почему?
(Дана) — Не сделает. Я знаю.
(Илона) — И что ты знаешь?
(Дана) — Что надо — то и знаю!
(Илона) — Какие все загадочные…
(Кира) — Боюсь, что Анж права. Мы не можем разговаривать с ним на равных. Я попробую, выставить ему условия, но, боюсь, — мы можем только просить.
(Илона) — Тогда, давайте обсудим наши требования!
(Анжелина. Покачав головою) — Ха! Требования…
(Илона) — Ну просьбу, если тебе так больше нравится. Я думаю, что нужно соглашаться. Ведь тогда, мы…
(Илона. Оглянувшись и шёпотом) — … мы тогда сможем быть с ним на равных! Мы ведь тогда будем уже — «убийцами магов»!
(Кира. Тоже шёпотом) — Ил, ты — дура! Так он и даст нам оружие против себя. Наверняка, клятву потребует.
(Илона) — Так поторгуйся с ним! Может, получится составить её так, как нам нужно! Ты же наш командир! Сделай! Ведь всё равно соглашаться придётся. Других вариантов выбраться отсюда — действительно не видно. Хорошо, что хоть такой отыскался.
(Кира. Вздохнув) — Хорошо. Значит — мы согласны? Рината, ты как?
Рината, смотря в пол, молча, кивнула головой.
(Кира) — Против, есть? … Никого? Тогда пошли. Будем торговаться…
Эри
— Какую ещё клятву? — наклонив голову к правому плечу, я нехорошо прищурился на Киру.
О чём это она лопочет? Терпеть не могу давать клятвы!
Кира, не отвечая, замялась. Два раза я ей уже ответил — нет, на её предложения, сейчас, стопроцентно, тоже будет — нет! в третий раз. И она это чувствует.
— Такую, что ты не заставишь принести нас клятву подчинения себе! И не будешь заниматься садизмом, когда будешь делать из нас ту пятёрку!
Это Рината. Вылезла из-за спины Киры, похоже, разочаровавшись в её «мягкой» дипломатии. Решила, видать, «надавить горлом».
Не спеша, звонко щёлкая своими высокими каблуками по каменному полу, подхожу к Ри и, наклоняюсь вперёд, приближая своё лицо к её.
— Чего? — немного испуганно откланяется назад Ри.
— Боишшшшся? — шиплю я, смотря ей прямо в глаза, — боли боишшшся?
— Не боюсь! — смело отвечает она, расправляя плечи и поднимая подбородок, — варги боли не боятся!
— Мда? Тогда значит — рабства боишься? Но это же право, пустяки! Вы же мастерицы — одевать ошейники на других. И ничего страшного в этом не видите. Не хочешь, попробовать, как оно, — в таком украшении?
Пауза. Ри с приоткрытым ртом — не зная, что ответить. И варги молчат.
— Но мы ведь не виноваты, — тихо говорит Дана.
— В чём? Разве любая из вас не сделала бы — так же? — оборачиваюсь я к ней.
— Нет! — чётко произносит в ответ она, смотря мне прямо в глаза, — я бы так не сделала!
— Не верю. Вы все — собственницы и хищницы. И ничего, своего, не отдадите. Особенно, если это — добыча!
— Варги, они тоже — разные. Как и люди, — возражает Дана, — нельзя по одной судить обо всех. Это — глупо!
Я, молча, смотрю на неё, вопросительно приподняв правую бровь.
— И ты сам это знаешь, — продолжает она, — потому, что поступаешь, по-справедливости. А не так, как ты думаешь, должен был бы поступить, потому, что что-то там было… в прошлом.
— Я? Поступаю по — справедливости? — делаю удивлённый вид я.
— Да! Иногда… А иногда, ты, — вредничаешь! Как сейчас.
Пауза. Мы с Даной, в упор, смотрим друг другу в глаза.
Верит в то, что говорит… Впрочем — это ничего не значит. Пока молодая — мысли одни. Станет возраста Дины — по-другому заговорит. Однако, кто она такая, чтобы
так со мною разговаривать? Думает, если я спас её от смерти, — это даёт ей право на более близкое общение? Но, с другой стороны, — честно. Без этих, Кириных, мозголомных многоходовых дипломатических заходов. И она, даже, в чём-то…чуть-чуть права. Что мне ей ответить? Не начинать же возмущаться неуважительным обращением ко мне? Буду глупо выглядеть…
— В чём проблема? — наконец, прервав молчание, спрашиваю я её.
— Рината боится умереть от боли, во время создания заклинания. И ещё, мы опасаемся, что ты сделаешь из нас своих рабынь. Поэтому, просим, чтобы ты дал нам клятву этого не делать. Это всё, — коротко и понятно отвечает Дана.
— Боится умереть? — оборачиваюсь я к Ри, окидывая взглядом её сверху донизу.
— Знаешь, Рината, — через секунду говорю я, — смерть забирает — лучших. Так что, тебе ещё — жить и жить, жить и жить … Понятно? А больно не будет. Я ведь не только тёмный маг, я ещё и целитель…
