Пройти университетскую практику — задачка не из легких. Особенно если доставшаяся тебе по распределению Русь абсолютно не похожа на собственное описание в учебниках истории. Богатыри здесь мелкие, князь — недалекий, среди нечисти попадаются вполне нормальные НЕлюди, а единственный друг, встретившийся тебе в этом мире, что-то от тебя скрывает. А может, и хорошо, что скрывает?
Авторы: Полякова Маргарита Сергеевна
не выдержала, наконец, я.
— Ш-ш-ш… я еще не полностью… подготовил тебя.
— Еще немного такой подготовки, и мех подо мной задымится! — буркнула я, но Данжер и не подумал сдать позиции.
Дальше… ну, то, что было дальше, приличному описанию не поддается. Да и неприличному тоже. Поскольку испытанные мною потрясающие ощущения вообще вряд ли возможно выразить в словах. Волны сумасшедшего наслаждения накатывали на меня одна за другой, и я, убежденная, что сердце вот-вот разорвется, судорожно хватала ртом воздух…
У Данжера снесло крышу сразу же. В первый же момент, как он только коснулся обнаженного тела Фьяны. Его понесло. По кочкам, по ухабам, в неведомое никуда, находящееся за гранью разума и рассудка. Он владел податливым женским телом так, как только подсказывали ему его безумные фантазии, и тело послушно откликалось в ответ, словно только этого и ждало. Никогда, за всю его тысячелетнюю жизнь, Данжер не испытывал столь потрясающих ощущений, столь полного слияния и поглощения. Каждый жест был нужным, необходимым, будто бы выверенным до мелочей. С каждой секундой взаимное влечение все возрастало и возрастало, пока не дошло до предела. Фьяна содрогнулась в исступленном экстазе, впилась ногтями ему в спину и в беспамятстве заметалась по подушке. Мощная волна наслаждения, словно цунами, накрыла Данжера, и он почувствовал, как что-то у него внутри взрывается и разлетается вдребезги. Было полное ощущение, что за несколько секунд на него опрокинулась целая вселенная.
До бывшего удела Роси под названием Вершаевка мы добрались только к концу недели. Дорога была довольно однообразной и (днем по крайней мере) обходилось без происшествий. За ночь ручаться не могу, т. к. лично мы с Данжером не вылезали из его шатра. Любовником василевс оказался просто потрясающим. Во всяком случае, что-то мне не удается припомнить, когда и с кем последний раз я так улетала до потери сознания. Правда, безграничная наглость василевса все еще вводила меня в ступор, а его украшенная шрамами физиономия краше не стала, но это вовсе не мешало мне проводить с ним в постели все свободное от похода время. Видимо, я (одним местом) чуяла, что вся эта разлюли-малина скоро кончится. Угадала.
Нет, сначала-то все было лучше некуда — прибывшие спасать Любаву прЫнцы как один горячились, вызывали гнусного похитителя Трувора на поединок и клялись отстоять честь дамы сердца. ЭнтузиаЗИзм схлынул, как только стало ясно, что ни на какой рыцарский турнир Трувор не явится, и что за ради спасения княжны придется самим проникать в его владения и даже (о, ужас!) сражаться вместе с ним против големов. Спасители тут же тихо увяли, как полевые цветочки, и затаились. Ни встречаться лицом к лицу с Трувором, ни, тем более, сражаться с големами, никто из них желанием не горел. Даже знаменитый русский плейбой Чурила Пленкович (до этого сумевший произвести на меня довольно приятное впечатление) в последний момент куда-то исчез. Мудро, кстати. Всегда можно отмазаться, что, дескать, увлекся охотой, а потому к моменту спасения княжны вернуться не успел. Да еще и посетовать — мол, что ж вы меня не дождались, нехорошие люди? Впрочем… в данный момент подобный финт Чурилы лично у меня никакой симпатии не вызвал, ибо я прекрасно понимала, чем закончится всеобщее нежелание лезть к черту на рога ради какой-то Любавы.
— Видимо, освободить княжну — то моя судьба. Поможешь мне? — поинтересовался Данжер.
Ну, вот! Так я и знала! Василевс тут же воспользовался представившимся ему шансом.
— Неужели так охота на княжне жениться, что в пасть к врагу полезешь? — ехидно подколола его я, отнюдь не желая уступать Данжера никакой Любаве.
— Жениться охоты нет, да выбор за меня уже големы сделали. В Фотии остались верные мне люди. Они ждут помощи. Не могу я их обмануть. И коли для спасении Фотии потребуется жениться, женюсь, — нахмурился Данжер. — Так ты идешь со мной?
— Иду… — послушно вздохнула я.
Василевс был абсолютно прав. Фотия действительно нуждалась в помощи. И надеялась на своего правителя. Кто, как не Данжер должен был позаботиться о благе своей страны! И вообще, чего я раскисла, собственно? Я что, надеялась на продолжение
