тарчем, принялся рубить, уже не обращая внимания на удары клинков.
Удар щитом, выпад, еще и еще один…
Яростные вопли, стоны и хрипы умирающих…
Через несколько минут в комнате на ногах остались только мы с шотландцем. Весь пол был устелен трупами и умирающими франками.
Уильям ошалело повел башкой по сторонам и пошатываясь, потопал поднимать решетку, чтобы пропустить наших.
А я подобрал с пола огромный топор, примерился и одним ударом разнес стопорный рычаг на кабестане.
С треском закрутился барабан, бешено лязгая звеньями, цепь побежала обратно в отверстие в стене.
– Что и требовалось доказать…
Дружинники гурьбой ворвались в помещение.
– Наверх, арбалетчики вперед… – я показал направление мечом и сам шагнул к лестнице.
Но тут раздался частый стук и навстречу латникам, весело прыгая по ступенькам, вылетела здоровенная каменная глыба.
Я чудом успел отшатнутся, но троих стрелков все-таки снесло с ног и размазало в фарш по каменным плитам пола. Остальные отскочили и замялись.
– Вперед, мать вашу!!! – заревел я в ярости и оскальзываясь сабатонами по мокрым от крови камням бросился вверх. – За мной, трусы…
Франки остервенело сопротивлялись, в следующие полчаса я потерял еще семерых, но башню мы все-таки очистили.
Поднявшись на верхнюю площадку, я кинулся к парапету и тут же схлопотал болт по навершию салада.
– Черт… – по инерции присев, я осторожно выглянул из-за зубца и разглядел, что стреляли с второй башни, расположенной всего в полусотне метров от нашей. И это были не франки. Головорезы Айсмана все-таки взяли Ла-Шене.
– Совсем охренели сволочи!!! – заорал Логан, грозя кулаком наемникам.
Фигурки в обгорелых коттах обрадованно замахали нам руками.
– Лично бошки поотрываю… – продолжил грозится шотландец. – На кол сядете скоты паршивые, ублюдки…
– Оставь, братец… – я хлопнул его по плечу и попытался рассмотреть через клубы дыма, что творится в порту.
Судов в бухте оказалось гораздо больше, чем я рассчитывал. Когги и галеры теснились у причалов борт к борту, да еще в несколько рядов. Все они пылали, в том числе… моя «Виктория» и «Феб». Команды отчаянно сражались с огнем, но… шансов на успех было очень мало.
– Чертовы святые угодники!!! – зарычал я и саданул кулаком по парапету.
– Сир, построим новую. Даже две или три… Нечего горевать… – утешающе забурчал братец Тук, рядом со мной. – Лучше построим… – и тут же огорченно охнул. – Матерь божья, да у меня там кошель остался. И сума с чистым исподним…
– Иди ты в жопу со своей мошной и сумой… – заорал я на него. С шебекой я уже так сроднился, что ее гибель была сродни потере руки.
Но тут же забыл обо всем, потому что в порт проскользнул «Святой Георгий», а следом за ним «Святой Петр» – первые когги основной флотилии.
– Ур-ра!!! – радостно запрыгали эскудеро. – Наши, наши…
– Рано радоваться, щенки… – я сплюнул, а потом закрутил головой, пытаясь опознать в толпе закопченных с ног до головы дружинников своего сержанта. – Курт, отзовись мать твою…
– Курта размазало, сир, – вперед шагнул верзила с обожженной до кровавых пузырей мордой. – Жана и Адди тоже. И Отто с Малышом…
– Альбрехт, ты? – я зло выругался. – Ладно, теперь ты сержант. Оставляю с тобой два десятка, ваша задача – держать башню. Остальные за мной…
Причалить смог только «Георгий», «Петр» пришвартовался уже к нему. По сходням на берег побежали десантники, за ними скатывали шестифунтовые пушки на легких полевых лафетах.
На формировку ударного отряда ушло немного времени, правда я окончательно сорвал себе голос и команды пришлось дублировать Клаусу и Луиджи.
Оставив принимать остальной десант Яна Думма, по прозвищу Кузнец, одного из вожаков наемников, я отдал команду выдвигаться в город.
В самом порту никакого сопротивления не последовало, мелкие стычки не в счет, мы благополучно просочились в Ля-Рошель, но там, почти сразу же, столкнулись с сильным отрядом франков.
Впереди чеканили шаг несколько десятков рыцарей в полном вооружении, следом за ними маршировали копейщики и алебардисты. Я насчитал по меньшей мере две с половиной сотни бойцов.
– Бурбон? – Логан удивленно ткнул рукой в стяг над отрядом.
– Он самый, герцог де Бурбон, – подтвердили эскудеро. – Его личный стяг.
– Кто? Бурбон? Да откуда он здесь возьмется? – удивился я. – Впрочем, хрен с ним. Лоренцо, гребанный макаронник, выкатывай свои шестифунтовки. Карл, арбалетчиков и аркебузиров вперед. Людвиг, обойди их по переулку со своими спитцерами…
Завидев нас, французы поступили строго по