Разменивая свой восьмой десяток, Виктор Евгеньевич и не надеялся на чудо. Вся его жизнь осталась далеко позади: любимая жена почила десятки лет назад, у детей своя жизнь и иные семьи. Неизбежная смерть от неизлечимой болезни стала бы финальным аккордом в этой банальной симфонии, если бы не визит странного незнакомца, обещающего даровать новую молодость, силу и богатырское здоровье.
Авторы: Баранов Никита Эдуардович
а сама уселась рядом и протяжно вздохнула:
— Ну и тяжёл же ты, дружище, — хмыкнула девушка. — Но я справилась. Я сильная.
Виктор наконец мог расслабиться и предаться невозмутимому бездействию, но по какой-то причине разум не давал телу уснуть. Снова разгорелась обезображенная кисть, заныли отбитые бока. Не на шутку разболелась голова, и боль эта предательски спускалась ниже, в зубы и челюсти, принося с собой страшный озноб.
— Как же мне плохо, — прошептал Виктор и крепко зажмурил глаза. Спустя мгновение он укрылся с ног до головы, и из-под пледа попросил: — Пожалуйста, продолжи свой рассказ.
Девушка пожала плечами:
— Уверен, что тебе это окончательно не забьёт мозг? Ну, смотри мне. Как я уже говорила, семью завести у меня так и не получилось. Хотя, конечно, «завести семью» звучит примерно как «завести собаку», да? Не важно. До седой старости я всё гоняла на лыжах, учила детей выживать на дикой природе и мечтала о собственном ребёнке, но было уже, как ты понимаешь, поздно. И вот, однажды, возвращаясь из очередного приключения, я заклевала носом за рулём. Я вела машину по горному серпантину, как вдруг уснула, представляешь? Устала. Уснула. Вечер, туман, успокаивающая музыка… вот меня и угораздило. Машина вылетела с дороги, пролетела над обрывом тридцать метров, приземлилась на бок и сделала ещё с десяток кувырков, прежде чем врезалась в широкую сосну. Каким-то образом случилось возгорание, всё вокруг заполонил едкий дым. Не понимаю, как я тогда не вырубилась сразу? Зачем всё запомнила?
— По тебе не скажешь, что ты побывала в смертельной аварии.
— Разумеется. Последнее, что я помню, это как сосна, в которую я врезалась, рухнула на крышу машины. Следом настал капут, мрак. Очнулась в больнице. Врачи всё сновали туда-сюда, лепетали что-то про «чу-у-удо!», а на самом-то деле это было самым настоящим адом, и я пожалела, что не умерла в аварии. Обе ноги и правая рука отсутствовали, причём если от ног ещё остались небольшие культи, то на месте руки не было абсолютно ничего. Кроме того, всё моё тело испещрилось рваными ранами, лицо и грудь превратились в один сплошной ожог. Волос, разумеется, не осталось, я почти перестала что-либо видеть, даже себя в зеркале рассмотреть толком не смогла. Зубов и вовсе не осталось, равно как и половины языка — его я чертовски прокусила во время аварии, так что единственные звуки, которые мне удалось тогда произнести, были похожи на мычание телёнка. Вот и скажи теперь, Виктор, кому нужна шестидесятисемилетняя старуха без ног и руки, уродливая, ненужная, не имеющая ни внуков, ни даже детей? Как я могла надеяться на чудо?
— Сочувствую, я бы ещё легко отделался, умерев от рака, — искренне произнёс Виктор из-под пледа. — Но что случилось дальше? Появился Лагош?
— В точку. Он зашёл в палату в докторском халате, представился моим новым лечащим врачом. Стал вести себя очень странно: заговорил об иных мирах, о жизни и смерти, о безграничных возможностях и глупости семи миллиардов серых мышек, что живут на этой планете. Именно в этот момент Лагош и предложил мне вновь стать восемнадцатилетней девчонкой с длинной косой, иметь красивое и сильное молодое тело, получить возможность начать всё заново, возможно даже создать семью, которой у меня никогда не было… но только в ином мире, то есть здесь. И я, не раздумывая, согласилась.
— И очутилась тут, абсолютно голая, с рунами на пальцах?
— Один и тот же сценарий, — хмыкнула Даша. — Да, именно так. Прямо посреди зелёных холмов, одна на многие вёрсты. Куда не погляди — везде лишь извилистый горизонт без единого намёка на цивилизацию. Представь себе, как я испугалась! Мне почти сутки пришлось бродить в поисках укрытия, а первую ночь я провела, лёжа обнажённой спиной на каком-то муравейнике. Не самые приятные воспоминания.
— А я почти сразу встретился с агрессивным пепельником. И победить его удалось лишь при помощи силы рун.
— Тебе ещё повезло. Я узнала о своих способностях только спустя месяц или два после перемещения. Собственно, через сутки путешествия по холмам на моём пути появился всадник. Он оглядел меня, нагую, беспомощную, скинул с себя плащ, укутал меня в него, усадил на коня и поскакал со мной в какую-то небольшую провинцию. Там накормил, напоил, сводил в баню. В общем, оказался хорошим парнем. И мы с ним сдружились. Он стал моим лучшим другом в этом мире, первым и единственным, который делал для меня всё абсолютно бескорыстно, а я, в свою очередь, была с ним максимально откровенна. То есть, он прекрасно знал о моём земном происхождении, но держал всё это в тайне. Чуть позже выяснилось, что он ещё маг…
— Это был Мурфик? — осторожно спросил Виктор.
— Да, — с грустью в голосе ответила девушка. —
