Какой заплаканный день!Лелька стояла у окна мрачнее нависшей над городом тучи. Ощущение, что жизнь не удалась, держалось на удивление стойко. То ли погода была виновата – уже неделю в воздухе висела противная морось – то ли в самом деле пришла пора задуматься, все ли у нее в порядке.
Авторы: Гордиенко Галина Анатольевна
― Ну, раз последнее… ― ухмыльнулся Лешка. ― Ладно, пошли. Посмотрим, кого вы там захомутали. Я, правда, издали видел…
― Шпионил, ― с ненавистью выдохнула Маша.
― Ага, ― невинно посмотрел на нее Лешка. ― Любимое занятие ― подсматривать за ненормальными девицами, играющими динамитом!
― Мы не играли! Этим, как его…
― Маш, это метафора, ― шепнула Лелька.
Маша мгновенно надулась: снова незнакомое слово! Иногда ей казалось, что до конца жизни придется краснеть из-за собственной безграмотности. Вот читает она, читает, а толку-то…
Ваня сочувственно хмыкнул и тут же сурово поджал губы: Машке еще предстояло ответить за свое легкомыслие!
Епифанцев поморщился и первым двинулся к подвалу, он не любил проволочек.
Лешка ухватил Тамару за запястье. Будто боялся, что она в любую секунду улизнет и на этот раз впутается в историю похлеще похищения, хотя куда там хлеще?!
Сазонов посмотрел на бледное личико, усыпанное яркими веснушками, на тонкий нос с горбинкой и взлохмаченные каштановые волосы, не признающие расчески, и чуть смягчился.
«Не так уж Томка виновата, ― подумал он. ― Мужика не похищала, сама до сих пор в шоке, случайный свидетель, как и я. А что конверт пыталась найти, помочь сестре… ко мне могла б обратиться!»
Ваня словно подслушал его. Обернулся и прорычал, явно надеясь, что Маша услышит:
― На цепь! Всех троих! Каждая хороша!
Лелька вздрогнула: ну и голос! Стекла в окнах зазвенели. Как только шифер с крыши не посыпался…
Маша споткнулась и едва не упала. Помятый Василий, гремя цепью, тяжело пролетел над ее головой. Упал Епифанцеву на плечо и признательно проворковал:
― Пр-ра-авильно говор-ришь…
Появление гостей прервало выяснение отношений между пленниками. Оба замолчали с явным облегчением, они давно перешли на взаимные оскорбления, и диалог перестал быть конструктивным.
Зато Ваня, Лешка и Тамара, обнаружив вместо одного похищенного двух, впали в ступор. Тамара, не замечая, что делает, инстинктивно прижалась к широкой Лешкиной груди. Переводила огромные карие глаза с одного пленника на другого, и ее губы дрожали.
― Пленники множатся как кролики, ― грубо констатировал Ваня, внимательно осматривая идиотов, угодивших в цепкие лапки его жены.
― Как и срок, ― кивнул Лешка. ― Пять лет да пять ― уже десять.
― Математик, ― одобрил Ваня и пнул стул под Вихлястым.
Бедняга задрожал и прикрыл глаза. Угрюмый рыжий тип, широкий будто шкаф, выглядел вовсе не так безобидно как дамы. И если паяльник окажется в его лапах…
― Этот гад ограбил квартиру над нами, ― наябедничала Маша, прячась за Лельку. ― Сам признался!
― Допр-рос пер-рвой степени! ― мстительно пояснил Василий причину откровения несчастного пленника. Попугай не забыл, как только что целовал грязный пол.
― Ах ты ж… ― Маша в бессильной злости схватилась за давно остывший паяльник.
― Ой-ой-ой, как страшно, ― пискнул негодяй, повторяя недавно слышанное. ― Сер-рдце в пятки забилось, сейчас дж-жинсы замочу!
Стас захохотал: ну и птица! Даже интонацию его сохранила и голос тоже.
― Он и Наливайко, маму Светкину, по голове стукнул, ― с ненавистью поглядывая на попугая, сообщила мужу Маша. ― Она в больницу попала!
― Не уб-бил же, ― проскулил Вихлястый.
― Так что мы не ангелочков сюда привезли, ― закончила Маша свою мысль, с вызовом посматривая на Ваню. ― Никаких пяти или десяти лет за них никто не даст!
― Грамоты вам с Лелькой вручат, ― обманчиво мягким голосом сказал Лешка. ― Почетные. За образцовое похищение среди бела дня в центре города.
― Хотя бы и так! ― гордо вскинулась Маша. ― Не каждый бы сумел…
Договорить ей не дали. Ванька поднял руку и гаркнул:
― Ша! Кончай базар!
Маша испуганно присела. Тамара не стала возражать, когда Лешка приобнял ее, так она чувствовала себя защищеннее.
Ваня обернулся к Лельке и жестко распорядился:
― Заканчивай свой цирк!
Лелька послушно кивнула, выступила вперед и показала издали Стасу конверты.
― Среди Светланиных бумаг нашли. Она домой свои вещи забрала, вот и…
― Враки! ― перебил Вихлястый. ― Мы весь дом перевернули!
― Дураки потому что, ― ехидно заявила Маша. ― Пакет на ручке кухонной двери болтался, черный такой, полиэтиленовый, пошто не заглянули?
Вихлястый побагровел от гнева и пробормотал:
― На кухне?! Там же только хозяйственные…
― Ага, ― добила его Маша. ― Он как раз поверх хозяйственных и висел. На самом виду.
― Ну, черт!!!
Ваня, потеряв терпение, стукнул кулаком по столу. Тот загудел.
