Грани нормального

то первый раз ведьма, к тому же из не самого дружественного вампирам клана, второй раз вообще неведома зверушка. Потом две человеческие женщины, — Алеся пожала плечами, паркуясь в проулке за приютом. – Короче, чего можно ожидать от настолько неразборчивого вампира? Вот на него и махнули рукой, но, насколько знаю, моя бывшая свекровь ещё не теряет надежды.
Мы выгрузились, заметив, как машина сопровождения притормозила совсем рядом. Стекла были тонированы, так что рассмотреть тех, кто был в салоне, не получилось, кажется, их было двое, да и откровенно таращиться я не стала. К тому же задумалась о том, что раньше меня вообще не посещали мысли о матери Антона.
— Какая она?
— Непростая. Из старого рода, воспитание аристократическое, поведение под стать, так что скандала с битьем посуды не дождешься, но морально макнуть в дерьмо умеет мастерски. Меня она вообще за человека не воспринимала, так что, к счастью, общались мы мало, — Алеся набросила капюшон и заперла машину. – Ну, что, идем?
— Давай.
Сам приют располагался в стареньком, но крепком двухэтажном доме на стыке жилого сектора и территории авторынка с анклавом магазинчиков запчастей для всего, что ездит и медленно летает. Добираться не очень удобно, городские автобусные маршруты, которые сюда заворачивают, можно по пальцам одной руки пересчитать, но в целом Инне повезло с местом. Район достаточно оживленный, а аренда божеская. К сожалению, размеры здания и, главное, отсутствие придомовой территории, пригодной для выгула, ставили крест на возможности содержать собак. Нет, в гостинице могли взять того же тойчика или пекинеса, но вот в приюте их разместить было особо негде.
Мы поздоровались с администратором Лизой, которая как раз общалась с хозяйкой потенциального клиента. Судя по испарине на лбу и раздражению в глазах, общалась давно и не очень плодотворно, а судя по брезгливо поджатым губам хозяйки кошки непонятной породы, дремлющей в переноске, переговоры были трудными и не факт, что закончатся к взаимному удовольствию. Брошенный в мою сторону взгляд Лизы был полон мольбы о спасении, но тут я не помощник, поэтому, подхватив под руку Алеську, которая с любопытством озиралась по сторонам, нырнула в неприметную дверь за шкафом. Там был своеобразный буфер между «цивильной» частью и непосредственно приютом. Информация о том, что тут не только за денежку присмотрят за вашим зверем, но и пристраивают бездомных, не скрывалась, хотя некоторые владельцы тех, кого оставляют в гостинице, к данному факту относились негативно. Можно подумать, животных держат всех скопом.
— И что мы будем делать? – Алеся пристроила куртку на вешалку в небольшом предбаннике и теперь выжидательно смотрела на меня.
— Работать, — я успела не только стянуть верхнюю одежду, но и раздеться до белья. Естественно, приготовленный и отглаженный костюм, который двое суток пролежал в сумке, теперь выглядел так, как будто вытянули его не из пакета, а из попы. И снова спасибо, что моим пациентам без разницы, мятые на мне штаны или нет. – Обычно я начинаю с новеньких, но сейчас покажу твой фронт работы.
— Так я же не понимаю ничего в лечении животных. – Могу поклясться, что впервые в ведьмачьих зеленых глазах проглянула паника. Ага, проняло!
— Лечить ты и не будешь. Гладить кошек умеешь?
— Если не утюгом, то да.
— Вот и ладушки.
Мы ещё немного покопались, я вручила ей свои запасные тапки, потому что за пару часов в зимней обуви она тут спарится, а что на размер больше нужного, так ерунда, главное, что не малы.
Живность встретила нас со сдержанным любопытством. В большой, метров тридцать, комнате было почти шесть десятков клеток на трех уровнях, в которых спала, ела, бдительно дремала, обмахиваясь пушистыми хвостами, и просто философски таращилась по сторонам наша будущая работа. Пусть жильцы были далеко не во всех боксах, но и тех, что есть, хватит. Клетушки, пусть и не особо большие, были оборудованы всем необходимым, начиная с кормушки и поилки, заканчивая лотками, когтеточками и даже игрушками. Но хотя бы два раза в день всем давали возможность размять лапы, побегав по комнате, конечно, не всем одновременно.
— Это старожилы, они обработаны, привиты и безопасны друг для друга и окружающих, — открыв ближайший бокс, я почесала под челюстью здоровенного рыжего кота со смешными, почти круглыми ушками. Кончики ушей у него были обморожены, но в остальном Жоржик, как окрестил его кто-то из персонала приюта, был совершенно здоров. А ещё ленив, благодушен и обожал, когда его гладят, потому для первой пробы Алесиных сил в нелегком деле тискания котов подходил идеально. – Берешь его, идешь туда, — я показала на немного продавленное, но вполне уютное кресло в углу, — и несколько