Грани нормального

Как не понимаешь, каким образом Антон смог заставить тебя привести его в дом. Как не знаешь, почему у тебя резко заболела голова, а у меня пошла носом кровь.
Суетиться мне надоело, поэтому я остановилась напротив соседки, которая со спокойным любопытством наблюдала за моими действиями.
— А сейчас ты скажешь, что ты ментальный маг и прочитала мои мысли, да?
Она отмахнулась:
— Да ну, какой из меня маг, тем более ментальный. Я ведьма.
Ну, с этим не поспоришь…
— Знаешь, а пойдем завтра к психиатру вместе, а? Чувствую, тебе там тоже будет, что рассказать.
— От моего рассказа его самого в дурку заберут, и не жалко ни в чем неповинного человека? – Она задумчиво потеребила сережку, прекратив паясничать. – Скажи, вот ты в мистику веришь?
— Нет.
— Ага… — Алеся задумчиво постучала босой ногой по полу, чем заставила насторожиться Бульку. Он даже перевернулся со спины на бок, чтобы посмотреть, кто там так обнаглел, потревожил его сон. – А в электричество ты веришь?
Я чудом успела подхватить выскользнувшую из рук мокрую тарелку.
— А при чем тут электричество?
— Веришь или нет?
Покосившись на лампочку под потолком, я окончательно поняла, что моя соседка сбрендила.
— Естественно, верю.
— Хорошо. То есть, ты и электрический ток видишь? Я сейчас не про искры из розетки, когда туда бабкины спицы суешь. Или ты такого не делала? — Кто ж этого не делал… Потом поротая задница дней пять болела. – Ладно, пойдем дальше. Ты умеешь видеть радиоволны? Или, может, рентгеновское излучение? Или…
— Я поняла, что ты хочешь сказать, но есть большая разница – то, о чем ты сейчас говоришь, научно доказанные факты, а не шарлатанский бред о вторжении инопланетян и порабощении человеческого разума.
— Когда-то это тоже считали бредом, некоторых ученых вон даже сожгли за их убеждения.
— В дикие времена кого только не жгли. Ведьм особенно рьяно.
Она, поморщившись, отмахнулась, но раздосадованной этим обстоятельством не выглядела:
— Мне и сейчас кое-кому хочется билет на костер подарить, что ж теперь. Но вернемся к нашим баранам. – То есть, ко мне, овце жалостливой. – Ты не веришь, что кто-то может влиять на твои воспоминания, правильно?
— Нет. Это можно сделать при помощи препаратов, удара по голове, в конце концов. Но никак не силой мысли, извини, в это я точно не поверю.
— Но в то, что гамма-ножом можно оперировать, веришь?
— Да это совсем другое!
— Почему? Потому что бородатые дядьки в солидных костюмах это сказали, а другие дядьки подтвердили? По факту ты не увидишь, как он работает, но безоговорочно веришь в его действенность. Ты сама стала объектом внушения, у тебя из памяти несколько часов выпали, но пытаешься убедить, что ничего такого не было.
Взгляд у соседки был таким, что мне тало немного не по себе.
— Потому что не верю в то, что сама не видела и не испытывала.
Алеся резко утратила эту странную строгость, всплеснув руками:
— Да что ты упертая такая?! Ладно, сейчас покажу, — она начала стягивать браслеты с правой руки. – Есть у тебя на кухне что-то такое, что ты терпеть не можешь?
Тыкать пальцем в неё саму было бы верхом бескультурья, хотя соседка уже начала изрядно подбешивать.
— Даже не знаю… Если только герань, а что?
Здоровенный горшок с геранью мне вручила бабушка, сказав, что она содержит что-то жутко полезное для атмосферы дома. Отказаться, значило обидеть бабулю до глубины души, а я, похоже, все-таки сумасшедшая, но не самоубийца же, потому взяла.
— Просто не любишь или аллергия? А то я в оказании первой помощи не сильна.
— Нет у меня ни на что аллергии, просто запах не выношу, мерзкий он.
Разговор казался таким ненормально нормальным, что я даже увлеклась. Приятно развенчивать мифы, особенно, если они не твои.
— Неправда, ты его обожаешь.
Протянув руку через стол, она сжала мою ладонь, переведя взгляд на злополучный горшок. Герань, будто в насмешку над моими робкими попытками максимально естественно обустроить её уход на тот ботанический свет, разрослась веником на половину окна. Круглые листочки задорно торчали вверх, покрытые коротким пушком. Таким приятным, мягким.
Я не поняла, как начала мять лист в руке, растирая его между пальцев. Резко усилившийся запах, вызвавший что-то непонятное глубоко внутри, дурманил, мне хотелось натереться им, чтобы пропитаться с ног до головы…
Отплевывалась я долго и старательно, пытаясь избавиться от отвратительного привкуса во рту, но даже повторная чистка зубов не помогла.
— Я не думала, что ты окажешься настолько восприимчивой, — Алеся мялась возле двери ванной, глядя чуть ошалело и виновато. – Ну, понюхала, по лицу растерла, но что ты, как коза, кинешься