Грани нормального

«умное», как до этого, если бы он не наклонился ещё ниже и не поцеловал меня. Теплыми твердыми губами, за которыми – лично проверила! – никаких бритвенно-острых зубов не оказалось. Большой, можно сказать, огромный жизненный опыт по части поцелуев в наличии точно имелся, а вот вампирских клыков не было. Меня это удивило до такой степени, что поначалу даже забыла, что надо сопротивляться. Через несколько секунд это уже утратило актуальность, потому что я неожиданно увлеклась. Как оказалось, стресс порой находит весьма нетривиальные способы выхода…
Бережное касание щеки,  когда он чуть склонил мою голову, чтобы было удобнее целовать. И никакого напора или агрессии, появись нечто подобное, мигом вскинулась бы, но его губы были нежными и осторожными, отчего я впала в какое-то оцепенение. Но и пассивным наблюдателем всего этого безобразия не осталась. Его немного царапучая щетина, чуть натирающая мой подбородок, и придерживающая под спину ладонь, греющая даже через одежду. Медленное поглаживание кончиками пальцев поясницы там, где заканчивалась футболка, и мурашки от ощущения его прикосновения к голой коже. Было в этом что-то упоительное и почти гипнотическое.
И, поняв это, тут же дернулась, отталкивая Антона. Я бы и из комнаты убежала, если бы была возможность, но этот гад зажал меня в углу.
— Ты… Ты что делаешь?!
— А на что это похоже?
Я все-таки просочилась мимо него, заняв стратегическое место на пороге. Чтобы иметь возможность при первых признаках угрозы драпануть. Но тревожных знаков не было, разве что чувствовала, что покраснела до состояния помидора, да и куда деть руки, не особо представляла. Наверное, потому что они до сих пор чуть зудели от ощущения его кожи под пальцами, чуть шершавой, но очень приятной. И от того, что в его взгляде не было ни мужского превосходства типа «ага, повелась!», ни досады. От того, что он смотрел спокойно и самую чуточку иронично, было ещё более неудобно и душно.
— Не нужно мне такие шоковые методы психотерапии устраивать, — чуть помедлив и тряхнув головой, чтобы прогнать наваждение, попросила я.
Он только покачал головой. Очень выразительно.
— Ладно, будем считать, что это я тебя успокаивал.
Я тайком вытерла взмокшие ладони и с подозрением уставилась на Антона, который снова уселся на уже практически его законное место. Во всяком случае, смотрелся он там почти привычно.
— Значит, ты вампир. Пьешь кровь, и всякое прочее по списку.
 Подобная глупость в голове не укладывалась. Может, у него шизофрения? Если уж я приняла, как данность, что сама кукушечкой не двинулась. Или просто очень специфическое чувство юмора?
— Не надо инсинуаций! Я только пью кровь, потому что вампир. А всякое прочее это уже по велению души, а не организма.
У меня родилось несколько вопросов, что именно он имеет в виду под прочим, но пришлось прикусить язык.
— Ты понимаешь, как это звучит?
— Нормально это звучит, — он вздохнул и заглянул в уже опустевшую чашку. – Можно мне ещё чая? – Получилось это у него так смиренно, что я молча махнула рукой в сторону плиты – хоть вместе с чайником сожри!
— И как это происходит?
— Что именно? Как я чай пью?
— Антон!
Он с мученическим вздохом повернулся ко мне и, глядя так серьезно, что я притихла, готовая внимать каждому слову, заговорил:
— У диабетиков вырабатывается недостаточное количество инсулина, если не вводить его искусственный аналог, рано или поздно это смерть. Что такое незаменимые аминокислоты, знаешь? – Я молча кивнула. – Так вот, они, попадая в организм человека из еды, участвуют в синтезе белков. У меня и таких, как я, это невозможно, потому что у нас нет ещё нескольких необходимых компонентов.  У обычных людей они присутствуют в крови изначально, у нас их просто нет. Поэтому единственный способ их восполнить, это получать из крови. Если этого не делать, сначала ухудшится память, потом пойдут нарушения систем органов. Обычно первыми отказывают почки, а это уже приговор.
Почему-то то, о чем он рассказывал, звучало совершенно не сказочно, а… страшно. Что такое генетические заболевания, я знаю, и это больше было похоже на врожденную аномалию системы кроветворения, чем на роман Стокера.
— Для этого обязательно нужна человеческая кровь?
— Да, кровь животных не подходит.
— Но ведь можно, наверное, как-то это лечить. В конце концов, генетика постоянно развивается…
Договорить я не успела, Антон поморщился и отрицательно покачал головой:
— Про то, что может современная генетика, спросишь у Алеськи, если она будет в настроении, расскажет.
Почему-то упоминание соседки вызвало у меня негатив. То ли дело в том, что она его бывшая жена, то ли ещё что-то, но ощущение