Грани нормального

покажется более отталкивающим.
— Это необходимо. Вот тебе в детстве давали рыбий жир? Примерно так же.
— А мне нравился рыбий жир.
Нет, честно, я вполне спокойно его пила, а рыбку в любом виде до сих пор уважаю. Наверное, в прошлой жизни была кошкой.
— Вот теперь я даже не знаю, кто из нас более жуткое существо…
На это я только закатила глаза, не желая поддаваться на провокацию. И вообще, что бы он понимал во вкусной еде!
— А оборотни?
— Если ты по поводу метафизики самого процесса обращения, то мне кажется, они и сами его не до конца понимают. По структуре ДНК они отличаются от обычных людей сильнее всего, но при этом вполне с ними совместимы. Кстати, есть мнение, что только благодаря этому они вообще ещё существуют, вероятность рождения ребенка в смешанной паре чуть ли не в два раза больше, чем в чистокровной.
Кстати, этот вопрос меня тоже очень даже интересовал, пусть и с чисто профессиональной точки зрения. Если есть совместимость с людьми без паранормальных способностей, значит, присущие конкретному виду особенности со временем будут размываться. Да и Алеся говорила, что в браке с людьми в девяти случаев из десяти родится обычный ребенок, значит, это рецессивный ген. Но природа не могла не создать какой-то запасной механизм сохранения популяции, иначе к чему это всё?
Что-то в таком духе я и озвучила Антону, который внимательно меня выслушал, а потом задумчиво кивнул:
— Ты права, мы действительно медленно вырождаемся. – Меня это слово неприятно царапнуло, но перебивать не стала. – И над этим вопросом работают уже давно и серьезно, но пока пришли к выводу, что сам по себе процесс мутации был резким, скорее, даже мгновенным, и случайным. Может, радиация, может, ещё что-то, вряд ли когда-нибудь узнаем это наверняка, но больше подобного не повторялось, и теперь мы просто потихоньку растворяемся среди людей.
— Насколько потихоньку?
— В масштабах Вселенной микродоли секунды. А так за последние сто лет исчезло несколько сотен родов вампиров. Сильных ведьм стало тоже меньше, число оборотней сократилось чуть ли не на двадцать процентов.
Это «число» он произнес с непередаваемой интонацией, будто хотел сказать «поголовье». Наверное, этот момент касательно их вражды в беллетристике отмечен правильно. Или я стала слишком подозрительной.
А вообще ситуация получалась неожиданно грустной. Получается, что ещё несколько веков, и не останется ни вампиров, ни оборотней, ни ведьм. С чего бы мне грустить, если ещё неделю назад я в них не верила, более того, рассмеялась бы в лицо, попытайся кто-то начать нести такой бред, но выводы получились печальными.
— Значит, можно было бы вообще не заморачиваться с явлением себя миру, если бы не технический прогресс?
— Да, но не факт, что кому-то из наших не снесло бы башню от чувства собственной значимости, и он не попытался бы объявить нас сверхрасой. Один раз такое уже было, и гарантировать, что это не повторится, я не возьмусь. Буйные шизофреники с манией величия встречаются везде.
— Слууушай… А граф Дракула действительно был вампиром?! – Я аж приподнялась, склоняясь ближе к Антону в ожидании ответа.
— Нет. Он как раз был буйным шизофреником.
Да блин… Можно сказать, он порушил мои первые неосознанные фантазии.
— Н-да, единственный вампир, которому я симпатизировала, оказывается, и не вампир вовсе. Обидно.
— А я?! – Мой собеседник оскорбленно нахмурился, хотя и было заметно, что это всего лишь игра.
— Ты не канонический, поэтому не считаешься.
Булька под моим стулом согласно вхрапнул. Скорее всего, его просто разморило в тепле, поэтому уснул, но получилось прямо в тему.
— А тебе какой Дракула больше нравился? И почему он, а не этот юноша бледный со взглядом горящим?
— Эдик Каллен, что ли? – Ну, допустим, был в моей юности и этот период всеобщего помешательства, но признаваться в таком было как-то неудобно. Да и потом, куда там худосочному парнишке с желтыми линзами до пышущего здоровой мужской харизмой Васильева. Но говорить об этом я не стану даже под пытками! – Нееет, мне нравится Дракула в исполнении Роксбурга из «Ван Хельсинга».
Честно говоря, Антон и моего любимого экранного кровопийцу заставил бы зарыдать от чувства собственной несостоятельности, особенно сейчас, когда с видом оскорбленной добродетели приподнял левую бровь:
— То есть, тот факт, что я за двадцать лет был четырежды последовательно женат, тебя покоробил, а что у Дракулы было три жены сразу, это нормально? Политика двойных стандартов, как она есть.
Я успела подзабыть, что утро у меня началось с этой во всех смыслах бодрящей новости, к тому же с удивлением поняла, что прежнего шока она не вызывает. Приятнее не стало,