Что делать леди, когда она считает, что ее дни сочтены? Шаг первый: завести любовника… После того, как ей сказали, что она не доживет до конца года, чопорная и очаровательная Маргарит Лоран намерена взять от жизни все. Хотя она никогда не узнает любви, она узнает страсть — поэтому она соглашается на бурный роман с давним поклонником.
Авторы: Джордан Софи
У девушки, росшей бок о бок с ним на улицах, в то время, когда он, чтобы выжить, обчищал карманы, всегда будет его поддержка.
— Великий Джек Хадли пошел и собрал весь свой выводок. Всех девушек. Дочери, ты можешь в это поверить? Это почти забавно. Произведя потомство, он ни разу не зачал сына. Полагаю, что ты — самый близкий для него в этом отношении человек.
Мужчина покачал головой, недовольно ворча. Не сын. Сыну сообщают о положении дел и держат в курсе, а Джек держал его в неведении по поводу своих дочерей. Эш был уверен, что это не упущение. Все, что делал Джек, было методически обдумано.
Не то чтобы Эша поразило то, что Джек породил потомство. Просто он испытал шок из-за того факта, что его партнер внезапно стал заинтересован в предъявлении прав на это потомство, что они внезапно приобрели ценность в его глазах.
Джек не был сентиментальным человеком. Он ничего не делал без выгоды для себя. Ни по какой другой причине он не сделал бы Эша своим партнером. Джек увидел в этом выгоду. Заявление прав на своих побочных отпрысков должно было что-то ему дать. Эш достаточно хорошо знал Джека для того, чтобы знать: он не заботится ни о ком, кроме себя.
Снизу долетали звуки из его игорного дома. Гул разговоров, смех, редкий крик выигравшего — действовали как бальзам на душу. Даже притом, что владел большим особняком в Сити, Эш оставался в «Преисподней», тоскуя по этим звукам, запахам. Его городской особняк лежал одинокой раковиной по другую сторону реки, окутанный тишиной. Там Эша ожидало лишь одиночество и мысли, которые лучше бы оставить в покое дожидаться его там.
Он снова перевел внимание на Мэри. Эш осознал, что она что-то говорила.
— Предполагается, что они соберутся все вместе под его крышей. Грир прибыла больше недели назад. Довольно милая девушка, разве что немного чересчур прямая в высказываниях. Другая прибыла только вчера, и еще одна должна появиться сегодня днем. Только эта не остается, как две остальные… вот почему он наспех устраивает сегодня званый вечер. Надеется убедить эту новенькую остаться на это великое событие.
Три? Старый похотливый развратник породил трех дочерей?
— Это факт?
Эш провел рукой по своим чересчур длинным волосам, глядя как Мэри встает и начинает одеваться. Его мысли все возвращались к последствиям, которые это событие могло повлечь для него. Его партнер внезапно заимел наследниц. Трех, если быть точным.
— Это напомнило мне, что нужно возвращаться, — пробормотала Мэри. — Надо много сделать. Джек хочет, чтобы все было безупречно. Он ожидает, что придет, по крайней мере, дюжина…
— Дюжина… кого?
Она пожала плечами.
— Каких-то утонченных джентльменов, как я слышала. Настоящая голубая кровь.
Волосы на затылке Эша зашевелились, в то время как он смотрел, как она натягивает свое платье.
— Что за план он состряпал?
— Он не говорит, но Грир не может держать язык за зубами.
— И что сказала эта Грир?
Мэри оглянулась через плечо, словно ожидая, что великий Джек Хадли материализуется позади нее. Это было бы в его духе. Невероятная, для многих пугающая личность.
— Ну… она думает, что Джек задумал выдать их замуж за каких-то дворян. Всех трех. Пойдет любой светский щеголь, коль скоро у него кончились деньги, и он достаточно отчаялся, чтобы жениться на побочной дочери Джека Хадли.
— Проклятье! — Эш покачал головой. — С чего бы какому-либо светскому щеголю захотеть…
Мэри резко взмахнула рукой вокруг себя.
— Из-за этого, конечно. Всего этого. Из-за прииска, фабрики…
В венах Эша застыла кровь. Конечно. Из-за всего, ради чего он так тяжело работал.
Тут-то все и встало на место. Он понял, почему Джек внезапно пожелал предъявить права на дочерей, которых раньше счел целесообразным забыть. Просто он хотел того, что они могли принести ему. Престиж. Доступ в блестящий мир светского общества. Если его дочери найдут себе мужей из их класса, спесивые аристократы будут вынуждены принимать его в своих гостиных. Рука Эша сжалась в кулак.
Мэри, должно быть, что-то увидела по его лицу. Обеспокоенное выражение промелькнуло в ее чертах. Тяжело вздохнув, она протянула его имя:
— Эш.
— Я сделал все это таким, — сурово сказал он, показывая на свой элегантный костюм. — Игорные дома были никакие до меня. А прииск? Фабрика? Это была моя идея вложить капитал…
— Я знаю, знаю, — успокаивающе произнесла Мэри.
— Он хочет передать то, что по праву мое, каким-то хлыщам с лилейно-белыми ручками, которые наберутся храбрости, чтобы жениться на его ублюдочных дочках?
— Ну, они — его наследницы, Эш, — указала Мэри. — И их будущие мужья имеют право…
— Только
