Гробница Наполеона

это не проблема. В машине посидит.
Инга рассмеялась:
— Это шампанское сделало тебя таким смелым? Ничего и никого не боишься, да? Но почему ты решил, что я соглашусь? Я что, доступная? Так ты обо мне думаешь? А кто еще так думает? И за что мне это?
— Ты чего завелась? — слегка опешил Валентин. — Мне, знаешь, тоже обидно! За прозвище. Мне за что?
— Ты бы видел себя со стороны, — зло сказала Инга.
— А ты себя, — не остался в долгу Валентин.
— Ты такой… Стерильный. А твое лицо… Действительно, розовая попка, по которой шеф в любой момент может нашлепать. А ты ее с огромным удовольствием подставляешь.
— А ты ведешь себя как шлюха! — не удержался Валентин. — И все давно уже знают…
— Что знают? — вскинулась Инга.
— Так…
— Ну-ну, договаривай!
— Про тебя и Реутова. Напрасно вы конспирируетесь.
— А тебе, я вижу, завидно? — и красавица погладила блестящие колени. Валентин сглотнул слюну. И сказал:
— Давай не будем ссориться. Нет так нет.
— Мне просто интересно: а что я с этого буду иметь? С того, что ты зайдешь ко мне на чашечку кофе?
— Да, собственно… — растерялся Борисюк.
— Может, ты на мне женишься? Я слышала, у тебя отдельная квартира. Машина, хорошая зарплата. Ты жених-то завидный!
— Да. Но…
— Значит, не хочешь? Потому что я шлюха?
— Нет. Но…
— Сверни здесь направо. Так короче.
— Я по этой дороге никогда не ездил.
— Ничего. Я покажу, — многообещающе сказала Инга.
И он свернул. В час ночи улицы Москвы опустели, а здесь, в переулке, и вовсе никого не было. Дороги Валентин не знал, но ехал, куда сказали.
— А сейчас налево, — негромко сказала Инга. — Вот мой дом. А насчет чашечки кофе…
Тут это и случилось. Когда Инга понизила голос, словно заманивая его и обещая блаженство неземное, Валентин невольно отвлекся и вновь посмотрел на ее ноги. В это время на перекресток выскочил мужчина в черной куртке. Он шел из ближайшего магазинчика, работающего круглосуточно, держа что-то под мышкой. Видимо, хорошо выпил и спешил добавить, потому что почти бежал. Перекресток был нерегулируемый, без светофора. Но тем не менее! Перекресток! На асфальте «зебра»!
Днем пригрело, а ночью вновь подморозило. Дорога была скользкой. Валентин был слегка навеселе. Инга отвлекла его внимание. Короче, сложилось. Затормозить он не успел. И сообразить, что происходит, тоже.
Был удар, такой звук, что у него кровь в жилах заледенела. Потом отчаянный крик Инги. Визг тормозов. И Ванин голос, полный ужаса:
— Тикай!
Он развернул машину и рванулся обратно, на трассу. В голове билось: «Я пьян… Экспертиза покажет наличие алкоголя в крови… На перекрестке… Это конец! Тюрьма!»
Валентин был уверен, что мужчина, которого он сбил, тоже был пьян. Кто виноват больше? Вывод один — шофер. И он сбежал с места происшествия. Ни Инга, ни Ваня его не остановили. Когда «Дэу» выскочила на ярко освещенную трассу, Инга сказала:
— Какой кошмар!
— Свидетели были? — хрипло спросил Борисюк.
— Кажется… Нет, никого не было, — уверенно сказала Инга.
— Надо бы вернуться, — негромко заметил Ваня.
— Что-о?! — в ужасе переспросил Валентин.
— А вдруг он того? Жив?
— Завтра утром я это узнаю, — отрезала Инга. — Все случилось у моего дома. Разумеется, начнут сплетничать. Валя, успокойся. Мы никому не скажем! Ну не садиться же тебе в тюрьму из-за какого-то алкаша, которого посреди ночи послали в магазин за бутылкой? Ведь у него под мышкой была бутылка водки!
— Ты уверена? — упавшим голосом спросил Валентин.
— Ну, конечно! У меня отличное зрение! Поехали.
Теперь Валентин ехал к ее дому той дорогой, которую знал. Но из предосторожности высадил девушку чуть ли не за квартал.
— Боишься? — с усмешкой спросила Инга, выходя из машины. — Думаешь, я не боюсь в таком виде, глубокой ночью идти до дома пешком? Ведь далеко!
— Там наверняка уже милиция, — дрожащим голосом сказал Валентин.
— Ладно. Дойду. Но если меня изнасилуют, ты на мне женишься. Идет?
— Как ты можешь шутить в такой момент?
— А кто тебе сказал, что я шучу? — бросила Инга, захлопывая дверцу. И ее каблучки дробно застучали по тротуару.
Розы и подарок остались на заднем сиденье «Дэу». Никто о них даже не вспомнил. Валентин развернул машину и поехал в Зеленоград. Теперь ехал медленно, с опаской. Ему повезло — не остановили. Ваню он высадил на въезде в Зеленоград со словами:
— Извини, но по городу в таком виде боюсь.
— Понимаю, — коротко сказал личный шофер Реутова и вылез из машины.
Валентин поехал в гараж. Да, у него имелся и личный гараж, недалеко от дома. Валентину пришлось немного