Гробница

богам, или при исполнении неведомого религиозного обряда — их глаза были неестественно расширены, что придавало лицам выражение восторга, а может быть, испуга; древняя настольная игра — ее доска была отделана черепаховым рогом и еще каким-то материалом, напоминавшим слоновую кость, фишки двух цветов лежали вперемешку на краю игрового поля; еще — серебряная чаша с чеканкой, изображавшей облаченную в длинные широкие одежды фигуру. Эти вещи помогут найти нить, ведущую к самому Клину, подумалось Холлорану. Они могли раскрыть некоторые секреты, показав, чем же на самом деле увлекается клиент «Ахиллесова Щита». Может быть, его интересы были как-то связаны с историей и культурой этой древней цивилизации?
Комната, отведенная Холлорану, размещалась в главной части здания; ее окна глядели на озеро и луг. Обстановка была скорее скромной, чем приятной для глаз: гардероб, комод с выдвижными ящиками, пустой буфет; широкая дубовая кровать, покрытая пестрым стеганым одеялом — в ногах и у изголовья из-под него чуть высовывалось постельное белье.
Холлоран распаковал чемодан, прежде чем идти осматривать дом изнутри. Он положил на полку гардероба небольшой черный кейс, который привез с собой и нес от самой машины, не выпуская из рук.
Он обошел все закоулки дома, внимательно осматривая коридоры и запоминая расположение комнат, но многие двери были заперты, и он мог лишь догадываться, что находилось за ними. Он забирался в башенки, примыкавшие к дому, и смотрел из их окон на холмы и поля Нифа. По мере того как он обследовал дом, в нем нарастало чувство тревоги. Открытое пространство было лишь перед передним фасадом, там, где разбиты газоны и блестит зеркало озера. Обе боковые и задняя часть здания могли преподнести охране неприятные сюрпризы — там не было ни одного окна, из которого можно наблюдать за окрестностями хотя бы на несколько сотен метров вокруг здания. Кусты и деревья скрывали вьющиеся между ними тропинки, создавая идеальные условия для маскировки. Но всего хуже, конечно, то, что загородный дом Клина не оснащен охранной сигнализацией. Сложно понять, почему человек, очевидно, очень впечатлительный и осторожный, к тому же сильно дрожащий за свою поистине драгоценную шкуру, не оборудовал свой дом простейшими средствами защиты против неожиданного вторжения нежелательных «гостей». Это было тем более странно, если вспомнить, какая сложная и мощная (хотя и давшая слабину перед разыгранным «покушением») охрана была выставлена вокруг его апартаментов в штаб-квартире «Магмы». Он прошелся по всему дому, пробуя задвижки окон и замки дверей на прочность, и почувствовал некоторое облегчение оттого, что хотя бы запоры на окнах и дверях достаточно крепкие — нежданному пришельцу придется повозиться с ними, прежде чем он сможет проникнуть в дом.
Еще одним сюрпризом для него явился внутренний дворик с пересохшим фонтаном в самом его центре; вокруг возвышались стены самого здания. Каменную ограду и полуразрушенные фигуры в центре фонтана покрывал густой слой лишайника.
Холлоран обошел этот дворик кругом по коридору второго этажа, затем спустился на первый этаж и без труда нашел дверь, ведущую наружу. В доме было очень тихо, и он подумал, что в ближайший час вряд ли увидит Кору или еще кого-нибудь из окружения Клина. Холлоран вышел во внутренний двор; каменные плиты, которыми была устлана земля вокруг фонтана, укрытые стенами здания от малейшего ветерка, нагрелись на солнце и были приятно теплы на ощупь. Коричневые лужицы грязной, мутной воды испещряли дно безжизненного фонтана; истрескавшиеся каменные сооружения покрылись слоем плесени и грязи; они казались настолько заброшенными и неухоженными, словно с тех пор, как был построен этот дом, их не касались человеческие руки. Подойдя поближе, Холлоран заметил, что плиты, устилавшие площадку перед фонтаном и сам фонтан, были сильно разрушены — эти разрушения были вызваны не столько временем, сколько чем-то совершенно непонятным, появившимся из-под плит, — каким-то исполинским существом или механизмом, медленно пролагавшим свой извилистый, змееобразный путь через каменную площадку. Он вышел на самый центр дворика, обогнув сломанный фонтан, не задерживая более свой взгляд на его покрытых плесенью старых камнях, и оглядел внутренние окна верхних этажей дома.
Он почувствовал чей-то взгляд. Это было инстинктивное ощущение, на которое он полагался так же, как на зрение или слух. Из какого окна?.. Сейчас он не чувствовал никакого определенного направления, откуда смотрел на него невидимый наблюдатель. Все окна были пустыми и темными, словно тот, кто выглянул из окна во двор, отступил назад, чтобы его не заметили. Холлоран перевел взгляд с верхних этажей дома