Вот и свершились мечты младшего лейтенанта Виктора Туровцева, который когда-то был нашим современником, а после баронетом Онто ля Реганом, одним из лучших рыцарей на планете Мать. Все, о чем младший лейтенант грезил под Сталинградом в тех тяжелых и сложных боях, когда немцы давили нас превосходством своей техники, воплотилось в машине, которой управляет сейчас уже капитан Туровцев.
Авторы: Языков Олег Викторович
голосом произнес: «Товарищи офицеры!» Все встали.
Поскольку Никитин сам кинулся за стулом для гостя, я понял, что совещание почтил своим присутствием маршал Новиков. Так вот ты какой, северный олень! Хорош. По мне – так хорош… В реальной истории он после войны пойдет под суд по знаменитому «авиационному делу» и отсидит шесть лет вместо назначенных пяти… «А могли и расстрелять…» – скажет потом нарком авиапромышленности Шахурин, осужденный вместе с Новиковым.
Да, при ИВС могли. Запросто. Норма закона была для всех одна – и для министра, и для маршала, и для последнего жулика, растратчика и бракодела…
– Товарищи офицеры, прошу садиться. Продолжайте, товарищ полковник…
Степанов начал что-то рассказывать, а я вновь ушел в свои думы. И тут же попался.
– …а на этот вопрос более детально сможет ответить заместитель командира группы «Молния» по боевой работе майор Туровцев. Он практически весь период испытаний не вылезал из кабины истребителя! – проговорил полковник Степанов.
– Майор Туровцев! Прошу вас!
– О чем?! – беззвучно крикнул я Степанову, встретившись с ним на пути к кафедре.
– Превосходство над немцами… – только и успел он мне дать подсказку. Ну – это можно до обеда говорить.
– Товарищи! Анализ проведенных группой воздушных боев дает следующую картину… – плавно начал я, пытаясь найти нужную тональность разговора.
Меня слушали минуты две, а это очень много, за это время до фига чего можно намолотить, а потом задали прямой вопрос.
– Товарищ майор, а вы просто, по-фронтовому, расскажите нам о своих впечатлениях о новом истребителе. Как он, на ваш взгляд? – перебил меня Новиков.
– Если просто, по-фронтовому, товарищ маршал, то на истребителе «Як-3» обычный, средне подготовленный летчик порвет любой фашистский истребитель, как Тузик грелку!
На секунды в зале повисла тишина, а потом грохнул хохот. Смеялись все – и офицеры за столами совещания, и гражданские специалисты. Хохотал, хлопая в ладоши, довольный Яковлев, тихонечко подхихикивал генерал-полковник Никитин.
Лишь маршал авиации Новиков вопросительно поднял брови.
– Как кто, простите?
– Вы же просили по-фронтовому, товарищ маршал. Вот я и ответил, как мы говорили на фронте. Можно сказать еще ярче и образнее, но это будет уже как в бою! А там от таких слов ларингофоны коротили!
Тут грохнули уже все! В том числе и маршал Новиков.
Протирая белым носовым платком глаза, он, отсмеявшись, сказал: «Да вы просто оратор, майор! Садитесь, мы с вами потом переговорим! После совещания. А то вы его и закончить не дадите! Садитесь, садитесь, майор!»
Я и сел. Ну, что ржете?! Работайте! Сделав каменную морду лица, я уставился на президиум.
– Александр Сергеевич, пару слов скажете? Пожалуйста! Слово предоставляется Главному конструктору товарищу Яковлеву. Следующее выступление – представителю моторостроителей, прошу приготовиться.
Совещание вновь потекло по своему, определенному планом, руслу.
Часа через полтора оно закончилось. Народ загремел стульями, начал вставать и, доставая на ходу папиросы, потянулся на выход. Два директора заводов о чем-то доругивались с начальниками управлений ГУ ВВС. Я подождал, пока полковник Степанов соберет свои бумаги в планшет, и пошел к выходу из зала.
Тут нас настиг какой-то штабной подпол.
– Вас приглашает маршал, товарищи офицеры… – вполголоса проговорил он, указывая на стол президиума рукой.
Мы подошли.
– Товарищ маршал…
– Подождите, товарищи… Сейчас я освобожусь, и зайдем ко мне на несколько минут, а то тут будет продолжаться работа… Александр Сергеевич, вы со мной? Вот и хорошо.
В кабинет маршала мы прошли впятером – он, Яковлев, Никитин и мы с командиром группы. Потом беззвучно приоткрылась дверь, и так же беззвучно в кабинет перетек капитан-порученец.
Зайдя в кабинет, маршал тут же прошел к маленькому столику, на котором стояли бутылки с минеральной водой и стаканы, прикрытые полотняной салфеткой, открыл бутылку «Нарзана» и налил себе воды.
– Присоединяйтесь, товарищи, кто пить хочет… А то, может быть, чего-нибудь другого, а? – он сдержанно рассмеялся. – Александр Сергеевич! С тебя причитается!
– Все будет. Вот в серию запустим, и все будет, Александр Александрович! А пока – тут ты хозяин! Угостишь – выпьем! Повод, как мне кажется, есть.
– Ладно-ладно! Маршал с подчиненными не пьет!
– А они пока вроде как ничьи будут, Александр Александрович! Раньше так вообще – они ко мне были приписаны. А сейчас… Испытания закончены, техника сдана, группа существует
