Вот и свершились мечты младшего лейтенанта Виктора Туровцева, который когда-то был нашим современником, а после баронетом Онто ля Реганом, одним из лучших рыцарей на планете Мать. Все, о чем младший лейтенант грезил под Сталинградом в тех тяжелых и сложных боях, когда немцы давили нас превосходством своей техники, воплотилось в машине, которой управляет сейчас уже капитан Туровцев.
Авторы: Языков Олег Викторович
Он молча прикрыл глаза. Хорошо.
– Достаточно, старший лейтенант! А теперь расскажи мне о своем первом бое… и о последнем тоже. Когда тебя ранили.
Парень ссутулился, переплел пальцы рук и, не отрывая взгляда от пола, начал неспешный рассказ:
– Ну, значит, так… Воевать я пошел осенью сорок первого года, в октябре, на Западном фронте. Защищали подступы к Москве. Как раз немцы прорвались к Вязьме… Особых воздушных боев как бы и не было – в основном мы на штурмовку противника летали. Да и что мы могли там немцам противопоставить? Ни скорости, ни оружия, эх-х… – Он безнадежно и горько махнул рукой.
– Смотри на меня, Степан, – мягко сказал я. Он поднял на меня взгляд. Я его поймал и провалился в глаза парня…
…Такое непривычное тарахтение мотора. По-особому изломанные крылья не дают обзора по горизонтали. Ба! Да это же «И-153»! Знаменитая «Чайка»! Я летал на ней только в авиасимуляторе, и, надо сказать, она мне нравилась своей исключительной маневренностью. Но вот скорость и вооружение… Хотя были и пушечные «Чайки».
Парень мешал мне. Суета в мыслях, настороженность, да что там! Просто испуг. Первый вылет, что уж тут поделаешь… Так, нужно ставить какой-то фильтр. Так я не могу. Он мне понять не дает, что к чему… Вот так-то лучше. Ну, полетели…
Летим тройкой. Ужас! Все время смотрим на ведущего. А тот крутит головой, оглядывается за всех. Ведь правый ведомый тоже практически неотрывно следит за лидером – как бы не допустить опасного сближения. Да-а, звено из трех самолетов – тот еще подарок! Команды ведущий подает жестом. Радио нет… Как они летали? Вот сейчас поманил, «подойди поближе», значит. Теперь покачал крыльями – «Внимание!».
Смотрю вперед. Вдалеке, плохо различимая на фоне поблекшей растительности, дымит сизыми выхлопами двигателей колонна. Немцы! Плотные порядки, никакой суеты. То ли не видят, то ли не боятся. Какое у него оружие? Сейчас узнаю.
«Чайка» ведущего, прибавив газку, выходит вперед. Из патрубков мотора «Чайки» с хлопком потянулась отчетливо видимая струя дыма. Пологое снижение… Что же вы, ребята! От солнца надо! И пикировать покруче. Так выше угловое смещение – немецким зенитчикам и прочим стрелкам труднее попасть. Ведь перкалевые вы, пистолетная пуля пробьет. Зря возмущаюсь – он меня не слышит. Вот теперь вижу и оружие – под крыльями ведущего подвешены «Эрэсы». Ну, давай!
Самолет Коптеева пошел вниз. Его довольно здорово мотает на снижении. Тупой нос, сопротивление воздуха. Еще и при стрельбе кидать будет отдачей, наверное. Ага! Проснулись немцы! От колонны к нашим истребителям потянулись шнуры «Эрликонов». Видны вспышки в колонне – стреляют все. Тут же телом чувствую щелчки по самолету. Это пока не страшно – это пули… А вот если влепит «Эрликон»! После моего мгновенного испуга приходит трезвая мысль – он сегодня не влепит, я же знаю.
Трудно прицелиться… Самолет дрожит, капот мотается из стороны в сторону. Наконец Степан ловит миг, когда в прицеле ползут две машины. Пуск! Ш-ш-у-хх! Два серых клубка с яркими, острыми языками пламени метнулись к машинам из-под крыльев! Взрывы грохнули за грузовиками, но этого хватило – обе машины, иссеченные осколками реактивных снарядов, вспыхнули. Мельтешение солдат… Пулеметом туда! Застрекотали скорострельные «ШКАСы», по земле, сшибая немецких солдат, дугой пошли пулеметные трассы, вздымая пыль. Эка! Четыре «ШКАСа»! Просто стригут немцев! Вывод, вывод! Земля уже в опасной близости! По крылу – щелчки, бьются на ветру ленточки порванного пулями перкаля… В глазах темнеет – летчик заложил резкий разворот – вверх и влево. Темень проходит. Снова заход на колонну. Пуск! Еще один! Вижу, как будто в замедленной съемке – в воздух летят обломки грузовика. Это он хорошо накрыл немчуру. Снова треск пулеметов… Смелый парень. Или безрассудный. А точнее – совсем неопытный. Хватит, этого достаточно. Все ясно…
– Так, Степан Нифонтович. С этим понятно. Первый сбитый?
…Зима. Там же? Подмосковье? «Миг-3», мать его! Не люблю! Тяжелый, плохо управляется на малой высоте – его дело на шести-семи тысячах за бомберами гоняться, а тут – труба дело… Но на фронте не спрашивают, на чем ты хочешь летать.
Так, так, а как ты строишь заход на цель? Ничего, грамотно, в общем. Кабина неплохая – хороший обзор, приглушенный звук мотора. В прицеле – пытающийся удрать «лаптежник». Его стрелок сыплет по «Мигу» длинными очередями, но мажет. Опасно! Самолет врага входит в прицел истребителя. Громкий треск очередей. Эх, оружие бы тебе помощнее! Один «БК» 12,7 мм и два «ШКАСика»… Зеленые пулеметные трассы кромсают «Ju-87», от него отлетают какие-то обломки… Новая очередь, еще
