Павший жертвой квартирных стяжателей, ветеран госбезопасности Казимир Пушкевич в последний момент дотягивается до подаренного ему старым корейцем Люем шлема. Он избежал смерти и оказался в другом мире в новом, молодом и пока непослушном ему теле, еще не зная о том, что преображение ввергнет его в борьбу за достижение верховной власти и бескомпромиссный конфликт с могущественной тайной организацией, управляющей в этом мире. Содержание: Обреченный на бой Смертельный удар Последняя битва
Авторы: Злотников Роман
Хорки, вселившейся в чужака, и это было слишком невероятным, чтобы оказаться пустой болтовней.
— Сейчас речь не об этом. Как ты оцениваешь наши шансы?
Десятник смотрел на него недоверчиво, но ответ не требовал поворачиваться к Грону спиной или подставлять глотку, поэтому он пробурчал:
— Я думаю, мы достанемся им изрядно потрепанными и капитаны потеряют немало лой. Но я еще не встречал ситаккца, которого бы это остановило.
— Есть шанс вывернуться.
Десятник смерил его сумрачным взглядом.
— Знаешь… — он не решился назвать Грона сопляком, — я не доверил бы тебе и медного обола в день поминовения, но если ты не врешь… — И он, кивком приказав Грону следовать за собой, быстрым шагом двинулся к командиру охраны.
— Благороднейший, этот… стражник просит его выслушать.
— Нашел время для бесед, Айгор. — Командир охраны даже не оторвал взгляда от приближающихся ситаккских галер.
Грон негромко заговорил:
— Я знаю способ вывести из строя одну галеру, пока мы не разберемся с другой.
После этих слов капитан резко повернулся к Грону и смерил его недоверчивым взглядом, потом перевел взгляд на десятника:
— Хорки?
Десятник угрюмо пожал плечами:
— Пока он не сказал ничего путного.
— Ну что ж, оттого что мы его выслушаем, ничего непоправимого не произойдет.
Грон припомнил немало случаев как в пользу, так и категорически против такого мнения. Но это давало ему шанс, а значит, он должен был им воспользоваться в полной мере. До сих пор ни в этом мире, ни в прошлом жизнь никогда не давала ему второго шанса.
Через час торговец шел навстречу двум ситаккским галерам и капитан сквозь зубы материл этого чужеземца, который толкнул его на подобное безумие. Ситаккцы разошлись широким фронтом, чтобы предоставить возможность одной из галер в случае необходимости врезать тараном в широкий борт торговца. Впрочем, судя по всему, не стоило зря портить добычу. Корабли сходились, и ситаккцы стали замечать нечто непривычное в предстоящей схватке. Обычно торговцы старались держать относительно небольшую скорость, чтобы дать своим баллистам и лучникам возможность бить точнее и нанести нападавшим наибольший урон. Этот торговец шел полным ходом. Создавалось впечатление, что он сам своим тупым носом собирается протаранить пиратскую галеру. В последний момент ситаккец, почувствовав неладное, попытался отвернуть, но было уже поздно. Капитан остервенело заорал:
— Давай!
И десятник, отчаянно надувая щеки, засвистел в свою дудку. По этому сигналу десятки моряков и стражников вцепились в тяжелые весла левого борта и втянули их внутрь. Это было невероятно — длинные весла всегда закреплялись кожаными ремнями или канатами. На ситаккской галере Грон ни разу не был свидетелем того, чтобы корабли проходили борт о борт. И нападавшие, и защищающиеся берегли борта. Потерять весла означало положиться на милость Отца ветров, а этот бог всегда был слишком своенравным, чтобы полагаться только на него. Даже ситаккцы, которые построили ему храм на своем острове, и то не могли долго надеяться на его милость. Гребцы правого борта навалились, и торговец грянул своим левым бортом о низкий борт пиратской галеры. Послышался страшный треск, и весла левого борта пирата разлетелись в щепки. Грон кивнул десятнику, и пара дюжин горящих факелов упали на палубу и парус пирата. Еще несколько гребков — и торговец, скрежеща бортом, прошел вдоль пиратской галеры и оказался в чистой воде. Капитан второй галеры дернул себя за бороду и буркнул:
— Сдается мне, я уже встречал подобные штучки с огнем. — Он повернулся и рявкнул надсмотрщикам: — Эй, поторопите этих медуз, я не хочу упускать такую добычу. Эти парни перехитрили сами себя, у них по левому борту не должно остаться ни одного целого весла.
Торговец, будто оправдывая это предположение, двигался, подняв весла правого борта. Весельные порты левого борта оставались пусты, а вдоль бортов покореженной галеры плавали деревянные обломки. Галера быстро нагоняла движущийся по инерции корабль. Из-за тупоголовости лидера, попавшего в такую скверную ситуацию, второму пирату надо было зацепиться за корму торговца и попытаться подтащить его поближе к первой галере. Потому что в одиночку справиться с таким большим судном у пирата было мало шансов.
— Веселей, крысиная немочь, если мы не вцепимся в них через двадцать гребков, я посажу надсмотрщиков на весла вместе с рабами! — Капитан вцепился в борт, яростно уткнув горящий взгляд в приближающегося торговца.
Его «акулы» уже
