Когда мир подходит к точке невозврата и близится последняя война, остаётся или победить, или умереть. Но возможно, есть третий путь? Русскими учёными найден способ уйти в параллельную реальность, увести с собой миллионы своих людей и тем самым предотвратить их гибель в безнадёжной войне. Однако на пути реализации этого грандиозного плана возникают трудности. Именно их должен преодолеть экипаж крейсера «Мурманск», первым отправившийся в иной мир с билетами в один конец…
Авторы: Михеев Михаил
Название: Гроза чужих морей
Автор: Михеев Михаил
Издательство: Самиздат
Год: 2012
Страниц: 209
Формат: fb2
Итак, операция началась? Да, хотя, если честно, я все еще сомневаюсь, стоило ли нам лезть в эту авантюру. Напомните, сколько аналитики дают шансов на успех? Процентов двадцать, может, двадцать пять, не больше. Скорее всего, даже меньше, наши аналитики — неисправимые оптимисты.
Москва, 9 февраля 2034 года
— Итак, операция началась?
— Да, хотя, если честно, я все еще сомневаюсь, стоило ли нам лезть в эту авантюру.
— Что авантюра — это точно… Напомните, сколько ваши аналитики дают шансов на успех?
— На полный?
— Разумеется, частичный нас не интересует в принципе, да и не узнаем мы о нем, скорее всего. Ваша система наблюдения, как вы сами предупреждали, не опробована.
— Она не могла быть опробована в принципе. А шансы… Процентов двадцать, может, двадцать пять, не больше. Скорее всего, даже меньше, наши аналитики — неисправимые оптимисты.
— Во-во. Но нам-то чего волноваться? В худшем случае, мы потеряем один бесперспективный корабль, глядя на который все эксперты и без того крутят пальцами у виска, тем более что свою задачу как стенд для обкатки новых технологий он давно уже выполнил. Даже заминать дело не надо будет, раскрутим кампанию в прессе, снимем с постов пару-тройку… ну, вы сами знаете, кого. Этот повод не лучше и не хуже других, так что с определенной точки зрения мы при любых раскладах останемся в плюсе. Да и корабль, будем говорить честно, вышел недорогим, так что с материальной стороны никаких серьезных потерь мы иметь не будем. Людей вот только жалко, все же там отборный экипаж… Но, с другой стороны, других на такое дело и посылать-то нельзя, а этим я верю. Если даже им и не повезет, мы будем знать, что сделали все, что могли, и мальчишки погибли не напрасно.
— А вы циник.
— Нет, я просто пытаюсь выкрутиться в ситуации, когда проще вообще повеситься, и поэтому считаю, что надо использовать любой шанс. Тот, который мы пытаемся реализовать с вашей подачи — ничуть не лучше и не хуже любого другого.
— Да, шанс начать все с начала стоит многого.
— Кому вы это рассказываете? Если бы я считал иначе, ваш институт не имел бы приоритетного финансирования, и это при том, что ваши разработки пока что не дали отдачи ни на копейку. Смешно, но все считают, что я отмываю через него деньги.
— Глупцы…
— Не такие уж и глупцы. Просто они мыслят исключительно с точки зрения своей логики и в пределах той информации, которую мы позволили им узнать. Однако имейте в виду, профессор, если мы проиграем, то ваш институт закроется мгновенно, а за вашу жизнь я не дам ни копейки. Давайте называть вещи своими именами. Свидетели не нужны никому, а вы свидетель, и притом довольно опасный.
— Да все я понимаю…
— Вот и отлично. Эх, жалко, туда нельзя было послать полнокровную эскадру…
— Вы же знаете, масса пока ограничена. Из-за этого нам и пришлось вбивать корабль в такие жесткие рамки по водоизмещению. Если все получится и заработает постоянный канал — тогда да, справимся, а пока что придется пользоваться тем, что имеем.
— Да уж, за неимением гербовой можно писать и на клозетной… Ладно, теперь нам остается только ждать.
— Не так и долго, думаю, все же время — понятие относительное.
— Ой, да не забивайте мне мозги вашей псевдоученой заумью. Отлично ведь понимаете, нет ничего хуже, чем ждать и догонять, а именно этим мы сейчас и занимаемся, причем одновременно.
Настроение капитана первого ранга Плотникова было весьма далеким от идеала. Да что там, первый после Бога был откровенно мрачен, и подчиненные, хорошо знающие своего командира, старались обходить его десятой дорогой. Не отвертеться было только вахтенным, потому что командир АКПД «Мурманск» почти безвылазно находился на мостике. Хотя он и не вмешивался ни во что, не повышал голоса и очень спокойно, корректно отвечал на вопросы, если они появлялись, исходящая от Плотникова почти физически ощутимая волна холодного отчуждения заставляла всех, кто вынужден был находиться с ним в одном помещении, нервно ежиться. Хорошо еще, что после суток такой нервотрепки он сам понял, что не надо стоять у людей над душой, и убрался в свою каюту. Весь экипаж вздохнул свободнее, но неприятный осадочек, как говорится, остался.
Растянувшись
