Гроза чужих морей

и добивались, просто не допуская миграции с юга на север и жестко пресекая любые попытки проникновения на свою территорию чужаков. Довольно просто пресекая — пулеметами. Нелегалы, разумеется, были, куда же без них, но… Нарушивший границу совершал одно из тягчайших преступлений, не имеющих срока давности, а пулемет — штука универсальная.
Сложнее было не дать появиться новым серьезным державам — тому же Китаю, к примеру. Вот не понимают они и не хотят понять, что такое планирование семьи и не более одного ребенка. Вколачивать это пришлось жестко — ну а как иначе объяснишь, что этот мир пришельцы зарезервировали под себя. Тем не менее, сумели если не решить проблему, то хотя бы несколько ее стабилизировать, заодно уж разделив Китай на несколько увлеченно грызущихся между собой, а заодно с Японией и Кореей государств.
Возник, что закономерно, и пресловутый еврейский вопрос. Решили, опять же. Просто собрали наиболее, так сказать, весомых представителей, живущих в обеих Россиях, и честно предложили два выбора: или создаем вам государство Израиль, кто хочет — пускай убирается, вернуться не получится ни под каким соусом даже у потомков, или ассимилируйтесь себе. Нашлись желающие и на то, и на другое. Израиль просуществовал, не имея поддержки извне, ровно четыре года, после чего выжившие в столкновениях с арабами евреи разбрелись, кто куда. Оставшиеся честно пытались (а попробовали бы они обмануть!) ассимилироваться на предложенных условиях. Процесс был долгим, грозившим растянуться не на одно столетие, но выглядела задачка вполне решаемой. Во всяком случае, негатив по отношению к «своим» евреям преодолели без особых проблем.
Были, конечно, и военные конфликты, и не всегда справиться было легко — но ведь справились же! Плотников, кстати, участвовал в них практически во всех. Больших сил ему, конечно, никто не доверял — тоже понимали, что уровень свежеиспеченного адмирала не так высок, как хотелось бы, однако эскадрой быстрого реагирования он командовал долго, и ни разу не провалил ни одной операции. Да и вообще, профессия военного оставалась почетной даже сейчас, после десятилетий жизни на этой земле. И ничего удивительного в том не было, человек, защищающий свою страну и свой народ, по определению стоит на самом верху социальной пирамиды, и право на это надо было еще заслужить. В принципе, на этом постулате в немалой степени была построена идеологии новой России.
В общем, пахали, пахали и еще раз пахали. До кровавых мозолей урабатывались, строя новую жизнь. А тем временем еще и наблюдали, что творится в оставленном мире. Не все, разумеется, наблюдали — тайны из этого не делали, просто были дела поважнее, но военные следили тщательно. Институт межпространственных исследований, первое научное учреждение, которое начало действовать в этом мире, отслеживал ситуацию на прародине постоянно. Все-таки головастики во главе с академиком Соболевым не зря ели свой хлеб и смогли оставить там системы наблюдения, пробивающие восстановившийся со временем барьер. Неприглядная, кстати, картинка получилась.
Плотников имел доступ ко всей информации. Вначале, конечно, вышестоящее начальство по этому поводу насупилось и поворчало — мол, не по чину лезешь, но потом решили, видать, что у молодого адмирала и так уже секретов в голове больше, чем у них у всех вместе взятых, и махнули рукой. Так что Плотников наблюдал за всеми творящимися процессами, можно сказать, вживую. Не все ему нравилось, разумеется, но ситуация там была вполне ожидаемой, и неожиданностью ни для кого не стала.
Когда русские уходили, осталось довольно много народу — в основном преступники всех мастей, а также те, кто, именуя себя «либералами», на деле были просто мерзавцами. Нет, были среди либералов и те, кто хотел своему народу добра, просто не понимал, как это сделать. Такому дай в руки автомат, ткни пальцем во врага — и сражаться за свой народ будет не хуже прочих. Но все же очень большой процент среди них составляют люди, ненавидящие свой народ, и считающие, что без этого народа (ну, исключая их самих, естественно) наступит рай на Земле. Ну что же, им дали шанс построить такой рай. Вот только, когда весь мир пришел в себя от шока, что русские куда-то делись, как вместо того, чтобы начать слушаться мудрых советов оставшихся, тут же посоветовал им заткнуться и принялся делить наследство. Вот тогда и стало ясно, что вопить и требовать, выступать на западном радио и с почетом приниматься западными политиками можно только в одном случае — если позади тебя стоит пусть и преданная и оболганная тобой, но все же могучая страна. Страна, в которой есть армия, заставляющая с собой считаться, и так нелюбимые «демократами» ядерные арсеналы, которые в любой момент способны