Когда мир подходит к точке невозврата и близится последняя война, остаётся или победить, или умереть. Но возможно, есть третий путь? Русскими учёными найден способ уйти в параллельную реальность, увести с собой миллионы своих людей и тем самым предотвратить их гибель в безнадёжной войне. Однако на пути реализации этого грандиозного плана возникают трудности. Именно их должен преодолеть экипаж крейсера «Мурманск», первым отправившийся в иной мир с билетами в один конец…
Авторы: Михеев Михаил
направлен на Дольний Восток, то их влияние в европейских делах уменьшится. Это, кстати, может иметь положительные результаты. А если потом их еще удастся стравить с САСШ… О, тут перспективы открываются колоссальные! Главное, убедить остальных, что такой вариант — наилучший выход из положения.
Снизу, из холла донесся стук висячего молотка. Интересно, кого там принесло? Дворецкого нет — значит, придется спуститься самому. Стук повторился — резко, требовательно. Лорд вздохнул и начал спускаться, мимоходом, проходя мимо большого, в рост человека, зеркала бросив на себя взгляд. Вид достойный…
Внизу его ожидал курьер с запечатанным пакетом. Пакет — самый обычный, бумажный, без каких-либо печатей. Но содержимое пакета перечеркивало всю составленную им картину, ибо там была только одна страница. Обычный лист бумаги, на котором сообщалось, что получено телеграфное сообщение — несколько часов назад был сожжен Вейхавей.
Москва, 2034 год
— Не нравится мне это…
— Профессор, я, кажется, скоро уже привыкну к вашему нытью… Что вам опять не нравится? Или вы, как тот мультипликационный капитан, говорите «и вообще, мне все не нравится»? Тогда вам следует научиться шепелявить и брызгать слюной.
— Зачем?
— Для целостности образа. Ладно, шутки в сторону. Что там у вас опять стряслось?
— Да ничего особенного. Просто напряженность поля падает медленнее, чем планировалось.
— Намного?
— Не очень, держится в пределах графика, но я не понимаю, почему…
— Это я вас не понимаю. В первый раз, что ли, такие несовпаденья?
— Да нет, не в первый. Просто был резкий скачок, я даже думал, что барьер вот-вот рухнет, собрался вам докладывать, а тут вдруг раз — и все возвращается на круги своя.
— Профессор, я вам не говорил, что вы паникер? Вот сейчас я вам это говорю. Кто мне говорил, что история — штука инертная? Не вы ли? Думаю, объяснение тут простейшее — мир едва не скатился к чему-то глобальному. Зная, кто и как там действует, подозреваю, что к войне. А потом они как-то между собой договорились — вот и устаканилось все. Перестаньте вы нервничать, в конце концов, возьмите себя в руки. Вы же мужчина, черт побери! Нам что, много осталось?
— Нет, совсем чуть-чуть…
— Вот и не дергайтесь зря. Лучше скажите, увеличился ли радиус обзора у вашей аппаратуры?
— Да, увеличился… немного. Вон, мы смогли наблюдать интереснейшее зрелище — сражение броненосных эскадр. Картинка, правда, не очень…
— Ну-ка, ну-ка, показывайте! Честное слово, профессор, всегда мечтал посмотреть на это своими глазами. Ого! Это они что, японцев топят? Что-то флаги не похожи.
— Нет, англичан.
— Дайте догадаюсь. Именно после этого у вас заплясали показания приборов?
— Именно. Только потом…
— Да-да, я помню. Все вернулось в норму. Стало быть, сдрейфили англичане. Один раз в морду получили — и сдали назад.
— Может быть, и так. Ладно, вопрос не в тему можно?
— Давайте, профессор.
— Что там сегодня по европейским каналам на вас опять волну гонят? Я с утра видел, но только концовку, а потом времени не было уточнить.
— Ерунда, опять в нарушении прав человека обвиняют.
— За что? Вроде бы никого из олигархов не посадили и даже из Швейцарии не выкрали, как в тот раз…
— Да за новый закон. Считают, что неоправданно жесток.
— А что там особенного?
— Не знаю, по мне так ничего, в общем-то. Если коротко — причинил человек вред, который выражается в деньгах, суд постановил возместить ущерб, а ему банально нечем. Обычная ситуация. Вот и решили, что в таком случае государство расплачивается с пострадавшим, а виновник садится на зону и работает где-нибудь, скажем, на лесоповале. Ну а все, что он зарабатывает, идет государству, и сидит он до тех пор, пока не расплатится, без права на амнистию.
— Хе, тогда я понимаю, откуда вопли. Для многих это — пожизненное.
— Ну, значит, красть было не надо, в аферы сомнительные влезать… Ладно, пускай вопят, мне плевать. Не было бы этого закона — к чему-нибудь другому бы придрались. Профессор, я пойду, времени нет совершенно. Сделайте, пожалуйста, копию вашей записи — посмотрю на досуге.
Тихий океан, 1904 год
Хэйхатиро Того, командующий японским флотом, в очередной раз испытал острый укол разочарования. В очередной, не в первый, но и, как он подозревал, далеко не в последний. Если конкретно, сейчас он в очередной раз разочаровался в союзниках.
Да, англичане не предали их, прислав эскадру и корабли снабжения. И что дальше? Японцев всегда уверяли в том, что русские никогда не рискнут вступить в бой с британским флотом. А что получилось? Они не только вступили — они выиграли этот бой. Того видел его целиком, от начала
