Гроза чужих морей

ярких примеров того, как лишив противника преимущества в маневренности, даже с относительно малочисленным флотом можно добиться победы. Правда, серьезно интересовавшийся когда-то этим вопросом, Плотников давно подозревал, что все шло там не совсем так, как принято давать на уроках истории. Каноническая версия ведь как звучит? Огромный флот персов греки заманили в узости пролива, где их более маневренные корабли имели преимущество. Красиво звучит, только вот как-то забывается, что персидский флот состоял как раз, в массе своей, из многочисленных торговых кораблей, мобилизованных для переброски войск. Корабли эти были относительно невелики, для боя, в общем-то, не предназначены, и шансы имели только при абордаже. На открытом пространстве они как раз и имели бы преимущество, тем более что персидские солдаты были профессиональными воинами, а греки, в большинстве, все же не более чем ополченцами. Но, набившись в узость пролива и мешая друг другу, они как раз преимущество в маневре и потеряли. Греческие же корабли были именно боевыми, с таранами и высоким бортом. Основную ударную силу их флота составляли триеры, которые можно считать первыми линкорами античности. Так что, скорее всего, в проливе триеры просто как каток прошлись по не имеющим возможности уклониться персидским кораблям. Впрочем, так было или иначе, уже не важно, главное — лишившись свободы маневра любой корабль становится уязвим, и Плотников это осознавал в полной мере. Ну а ночью шансов повредить «Мурманск» у англичан практически нет, и не помогут им ни крейсера, ни береговые батареи. А раз так — значит, стоит атаковать именно ночью. Кстати, большинство людей ночью спят, а значит, жертв обстрела может оказаться заметно больше. Урон противнику в живой силе тоже стоило учитывать. Разумеется, погибнет много мирных жителей, но… но ведь именно «мирные» жители обеспечивают производство снарядов, работу инфраструктуры порта, да и вообще экономику воюющей страны. Под этим предлогом во Вторую Мировую войну английские и немецкие бомбардировщики высыпали бомбы на жилые кварталы, причем британцы начали это делать первыми. В самом Вейхавее жили, правда, в основном туземцы, ну да какая разница? Конкурентов будет меньше, особенно учитывая, какую в будущем опасность будет представлять плодовитость китайцев. В общем, никто никого не собирался жалеть, те, кто готовился начать обстрел, пришли из эпохи, когда рыцарские правила были давно и прочно забыты, и расклады их совершенно не коробили.
Результат был ожидаемым. Когда в четыре утра темнота ночного моря осветилась вспышками выстрелов, и на Вейхавей обрушились снаряды, никто не оказал сопротивления. Точнее, береговые батареи садили во тьму, часто и неприцельно, но на них даже внимания обращать не стоило — большая часть орудий попросту не могла достать атаковавший их крейсер. Зато угольные склады, на которых испытали боеприпасы объемного взрыва, загорелись почти сразу, и это было запоминающееся зрелище. Столб огня поднялся, казалось, до неба, закручиваясь в дымную, ярко светящуюся изнутри спираль. Поднятая взрывами снарядов в воздух мелкодисперсная угольная пыль горела просто замечательно, давая невероятное количество тепла. Повторялась история с Нагасаки, только в куда больших масштабах — огонь втягивал в себя все новые и новые порции кислорода, буквально засасывая в себя и людей, и мусор, и… Да все он засасывал. Почти моментально пламя перекинулось на остальные склады, и вскоре к реву огня добавился грохот взрывов — английские боеприпасы рвались не хуже японских, особенно учитывая, что японские были, в большинстве своем, произведены на заводах все той же Великобритании. Сейчас тесная дружба с японцами выходила англичанам боком — осколки снарядов, а иногда и снаряды целиком, разбрасывало порой на сотни метров, разнося в городе все, до чего не сумел добраться огонь. И, что интересно, не так уж много выстрелов «Мурманску» для этого потребовалось — главное было правильно рассчитать, куда бить, а дальше процесс шел уже без постороннего вмешательства, естественным, так сказать, путем.
Однако это было далеко не все. В порту стояли крейсера, только что вернувшиеся от Сасебо, там же были миноносцы и канонерские лодки. Мелочь была экипажу «Мурманска» неинтересна, а вот крейсера — это уже серьезнее, на них и снаряды потратить не грех. Разумеется, опять погибнут люди, но тут уж ничего личного — не стоило пытаться воевать с Россией, только и всего.
Первым под обстрел попал «Талбот». Этот небольшой, довольно тихоходный и слабо вооруженный крейсер типа «Эклипс» (крейсер с таким именем, близнец «Талбота», тоже стоял в порту) был заложен более десяти лет назад и уже порядком устарел морально. Пожалуй, наиболее