Чикаго. Город, которому не привыкать к преступлениям. Но ЭТИ убийства необычны даже для Чикаго. Потому что совершены они человеком, обладающим ПАРАНОРМАЛЬНОЙ СИЛОЙ, и отомстить убийце не в силах не только полиция, но и «крестные отцы» города! Начинается ЕГО время! Время охотника на ЧЕРНУЮ НЕЖИТЬ, чья профессия — рисковать собственной шкурой в борьбе с порождениями Ночи! Время Гарри Дрездена — ИЗГОЯ некогда посмевшего поднять руку на СОБСТВЕННОГО УЧИТЕЛЯ и теперь оставшегося со смертью ОДИН НА ОДИН. Поклонники Аниты Блейк и Сони Блю! Не пропустите!
Авторы: Батчер Джим
пленку и смотал удочки.
Я ухмыльнулся, но он, похоже, не заметил подвоха. В наше время настоящие, высшей пробы подонки – большая редкость.
– Вы можете описать этих мужчин?
Он мотнул головой.
– Я не очень-то приглядывался. Но уж во всяком случае, не заурядные личности, если вы меня понимаете. Мне аж тошно стало.
– Вы не знаете, зачем Линде нужны были мои фотографии?
Он посмотрел на меня как на слабоумного и хихикнул.
– Бог мой, приятель. Как вы думаете, зачем вообще кому-то нужны такие картинки? Хотела прижать ими кого-то. Блин, ей-то фото ее самой в гуще оргии репутацию уже не испортят. А вот кому-нибудь из остальных, что резвились с ней там – запросто. Что ж вы за коп-простофиля такой?
Я проигнорировал его вопрос.
– Что вы собирались сделать с пленкой, Донни?
Он пожал плечами.
– Выкинуть, возможно, – я увидел, как забегали из стороны в сторону его глазки, и понял, что он мне солгал. Он бы проявил пленку, выяснил, кто на ней снят, и – если решил бы, что ему это ничем не грозит – попытался бы извлечь из нее максимум прибыли. Он производил впечатление именно такого типа, а я доверяю своим инстинктам.
– Тогда позвольте уж мне, – сказал я и щелкнул пальцами. – Fuego!
Серая крышка коробочки исчезла в небольшой огненной вспышке, Донни Уайз взвизгнул и проворно отдернул руку. Красная пластмассовая коробочка вместе с кассетой вспыхнули, уже падая на пол, и приземлились на паркет бесформенным, дымящимся комочком.
Разевая и закрывая рот как рыба на песке, он переводил взгляд с остатков пленки на меня и обратно.
– Надеюсь, мне не придется обнаружить, что вы мне лгали, Донни, – спокойно сказал я.
Он побледнел как полотно, клятвенно заверил меня в том, что мне не придется этого делать, потом повернулся и почти бегом вылетел из квартиры, запутавшись по дороге в лентах полицейского ограждения. Дверь за собой он не закрыл.
Я не стал его задерживать. Я ему поверил. Он не производил впечатления человека, умеющего сочинять на ходу, тем более в таком вздрюченном состоянии. Я испытал короткий приступ торжества, злости и острого желания отыскать этого типа, кем бы он ни оказался – человека, использовавшего исходные силы жизни и творения с тем, чтобы нести разрушение и гибель – и отправить его на свалку, где ему и место. Кем бы он ни был, убийца с помощью магии и – пусть не сразу, но постепенно – с помощью «Третьего Глаза», я хотел уничтожить его. Мои мозги наконец-то включились на полные обороты, ибо получили повод потрудиться вместо того, чтобы покорно ожидать смерти.
Линда Рэндалл намеревалась кого-то шантажировать. Не требовалось особенной проницательности, чтобы предположить, что этим «кем-то» был Виктор или кто-нибудь еще из присутствовавших в его доме на той вечеринке. Но зачем? Фотографий у меня больше не было, только информация, которую я получил от Донни Уайза. Я не мог позволить себе промедления. У меня не оставалось иного выхода, как следовать по нити, которую он дал мне, если я хотел докопаться до дна всего этого и выяснить, кто убил Линду.
Как это я ухитрился вляпаться во все эти неприятности за какие-то несколько дней? И еще интереснее: как это я ухитрился по чистой случайности натолкнуться на этот хитроумный заговор в доме на берегу, занимаясь совершенно другим расследованием?
Ответ был прост: никакая это не случайность. Все было подстроено. Меня подвели к этому. Кто-то хотел, чтобы я съездил в домик у озера, хотел, чтобы я влип в эту историю и выяснил, что же там происходит. Кто-то, кто как черт ладана боялся чародеев, кто долго отказывался называть мне свое имя, кто старательно ронял фразы, призванные уверить меня в полном ее невежестве, кому пришлось поспешно взять назад свое поручение, и кто с готовностью расстался с полусотней баксов, только бы завершить телефонный разговор на несколько секунд раньше. Кто-то выманил меня на открытое место, где я привлек к себе внимание разнообразных недоброжелателей.
Вот вам и ключ.
Я подобрал свои посох и жезл, и вышел на улицу.
Самое время было побеседовать с Моникой Селлз.
Таксист высадил меня в квартале от расположенного в пригороде дома Селлзов. Времени у меня оставалось в обрез, терпения – еще меньше, да и Мёрфи вот-вот готова была объявить меня в розыск, так что я не мог позволить себе идти к ней пешком.
Дом оказался симпатичным, двухэтажным; пара молодых деревьев перед домом готова была вот-вот обогнать его по высоте. На подъездной дорожке стоял минивэн, за которым виднелся баскетбольный щит, изрядно облезший от частого употребления. Трава на газоне отросла чуть длиннее привычного,
