Четыре человека, не подозревающие о том, как тесно переплетаются их судьбы, попали в круговорот загадочных событий. У каждого своя история, но трагедия у них общая: волей или не волей они втянуты в спектакль под названием Убийство. Тот, кто поставил его, одержим идеей довести начатое до конца. Вместе герои переписывают сценарий заново, и к одному убийству добавляется другое, а потом и третье. И получается так, что у всех четверых планы разрушены, и теперь надо строить отношения друг с другом по-новому.
Авторы: Андреева Наталья Вячеславовна
радостно прощебетала:
— Как приеду — позвоню! Спасибо тебе! Огромное спасибо!
— Тете привет, — усмехнулась Эля и дала отбой.
Родители все же устроили сцену.
— Никуда ты не поедешь! — заявил отец.
— Я уже все решила! Сколько можно сидеть здесь, с вами! Ну, сколько?!
— А если с тобой что-нибудь случится? — спросила мама, рыдая.
— Ну и пусть! Но я не хочу в библиотеку! Я хочу быть самостоятельной!
— Пусть делает что хочет, — сдался наконец папа. — Она уже совершеннолетняя.
И, отчаявшись образумить единственного ребенка, родители стали привычно искать утешения друг в друге.
Вот так Олеся оказалась в то холодное, дождливое утро в Москве. Своего она добилась.
Приехала в столицу и, как только сошла с поезда, кинулась в метро покупать жетоны. На проезд и на телефон-автомат. Перед отбытием в Москву подробно расспрашивала подруг и просто знакомых, которые уже побывали в столице. Что такое метро? Как им пользоваться? Как звонить? И даже старательно все законспектировала. И вот теперь, внимательно прочитав инструкцию, набрала номер мобильного телефона Эли.
— Да! Говорите! — раздался в трубке злой мужской голос.
Олеся растерялась. И довольно робко сказала:
— Мне бы Элю…
— Минутку, — уже гораздо мягче сказал мужчина, и вскоре Олеся услышала в трубке голос двоюродной сестры. Та говорила напряженно. Сообразила вдруг: да это же Марат! Он взял трубку! Кто же еще? А она, дуреха, даже не поняла! И теперь он стоит рядом с Элей, и…
— Может быть, ты попросишь помощи у кого-нибудь другого? — вдруг сказала сестра. — Дело в том, что я уезжаю в свадебное путешествие.
— Когда? — упавшим голосом спросила Олеся.
— Сейчас.
— Элечка, но ты же обещала! Я не отниму у тебя много времени!
— Я не могу!
— Но, солнышко, лапочка, золотко, ты — моя единственная надежда! Мне больше не к кому обратиться за помощью! Я все-все-все для тебя сделаю! Все, что попросишь! Клянусь!
— Ну, хорошо, — смягчилась Эля. — Как договаривались.
— То есть я должна сейчас ехать к тебе на дачу?
— Да.
— Хорошо! У меня тут записана и станция метро, и с какого вокзала электричка, и железнодорожная станция, где надо выйти, и…
— Только войдешь с черного хода, — вдруг шепотом сказала Эля. — Поняла? Обойдешь дом… — И громко: — В общем, мы договорились. Ну, все. Пока.
Сверяясь с бумажкой, Олеся направилась к турникету. Прошла его и, не долго думая, обратилась к стоящему возле эскалатора милиционеру:
— Как мне добраться до станции…
Через два с половиной часа она сошла с электрички и, справившись у местных жителей, потопала к поселку, название которого было нацарапано в ее блокноте. Было холодно, с неба сыпалась какая-то липкая, будто переваренная крупа, и Олеся пожалела, что не взяла зонтик. Но настроение у нее было приподнятое. Натянула на голову капюшон и решила не обращать внимания на такую досадную неприятность, как дождь. Еще чего! Ведь она в Москве! И не сомневалась, что сегодня увидит Марата. И выпросит у Элечки разрешение пожить немного в столице.
Сестра просила войти через черный ход, Олеся, конечно, так и сделает. Ее не особенно удивила эта просьба — у Эли вечно какие-то тайны.
Вновь справилась с записями в блокноте: последний дом на правой стороне улицы. Два этажа, глухой забор с железными воротами. Обошла дом по тропинке, пытаясь понять, где же тут черный ход?
Наконец увидела маленькую калитку в заборе. Толкнула рукой — открыта. Значит, Эля ее ждет. Хотя в доме тихо.
А вот и розы! Та самая клумба! Только лужайка заросла. А жаль.
Поднявшись на заднее крыльцо, постучала. Сначала робко, потом еще раз, уже смелее.
И тут дверь распахнулась, и Эля за руку втащила Олесю внутрь со словами:
— Только тихо.
— Что случилось?
— Ничего. Ха-ха! — Эля как-то странно рассмеялась. — Ничего, кроме того, что я решила наставить рога своему второму мужу. Причем с первым. Ха-ха! Вот будет забавно! Интересно, это считается изменой?
Эля заперла дверь изнутри и взяла с собой ключ. Олеся огляделась. В холле валялись Элины вещи. Сестра сразу же прошла на кухню, машинально сунула ключ в сумочку, лежавшую на столе, и спросила:
— Ты прямо с поезда?
— Да.
— Есть, наверное, хочешь?
— Очень.
— Пошарь в холодильнике. И поставь чайник. В буфете должен быть кофе. Там же чашки. Ну, чего ты ждешь? Только быстро: у меня мало времени.
И Олеся засуетилась. Поставила чайник, достала из холодильника масло, банку икры, из буфета вытащила
