Грязные игры

каким сукиным сыном оказался мой бывшийадвокат.
– Он говорил, что, сдав тебя, пытался тебе помочь.
– Ерунда. Он пытался спасти свою задницу.
– Они искали тебя много часов.
– Мне повезло.
– Как тебе удалось скрыться?
– Это было нелегко, – он криво усмехнулся. – Как-нибудь, когда у тебя будет много времени, я расскажу обо всех моих приключениях той ночью.
– Полиция искала человека в шортах для бега и кедах, – она окинула взглядом его одежду.
– Которые к рассвету уже разваливались. Я путешествовал налегке, но, к счастью, перед тем как навестить Тернера, сунул в носок немного денег. На следующий день я купил одежду на блошином рынке, – он оглядел свою футболку и рабочие брюки. – Выбор был ограничен. Не сомневаюсь, что некоторые вещи там краденые, так что никто не задавал вопросов покупателю, который выглядел так, как будто искупался в грязной реке, а потом его пропустили через машинку для измельчения бумаг.
– Тебя узнали?
– Сомневаюсь. На рынке обычно толкутся латиноамериканцы. Они предпочитают европейский, а не американский футбол. Я старался не привлекать к себе внимания.
– Это не так-то просто, – она бросила взгляд на его светлые волосы.
– Особенно после того, как я начал расспрашивать о Мануэло Руисе, пытаясь найти его знакомых. Эти вопросы вызвали больше подозрений, чем мой потрепанный вид. Я там не задержался.
– Где ты прятался?
Грифф не ответил.
– Не хочешь мне говорить?
– Чем меньше ты знаешь, там лучше. Родарт не сможет обвинить тебя в пособничестве.
– Не думаю, что это убедит Родарта. Когда он представился, я сразу же вспомнила его имя. Только ты не сказал, что он полицейский, когда предупреждал меня. Ты говорил, что он избил твоего друга.
– Да, и изнасиловал ее извращенным способом. Разбил ей лицо. Сломал…
– Это женщина!
– Да, и Родарт чуть не убил ее.
Все это время Лаура думала, что Грифф имел в виду мужчину. Мысль о том, что Родарт избил женщину, вызвала у нее отвращение и страх.
– Это случилось из-за тебя?
– В какой-то степени да. Она ничего ему не рассказала.
– О чем?
– О моих прошлых и настоящих делах. Она все равно ничего не знала, но его это не остановило.
– Наверное, он думал, что ей что-то известно. Она твой близкий друг?
– Пожалуй, это можно назвать и дружбой. Вообще-то я ее клиент. Она проститутка.
Эта новость потрясла Лауру. Неужели он использовал сто тысяч долларов, которые заплатил ему Фостер, чтобы оплачивать услуги проститутки? Конечно, деньги принадлежали ему, и он мог потратить их как угодно, но никто из ее знакомых, ни мужчин, ни женщин, никогда не покупал любовь. Возможно, именно поэтому ее так поразил его обыденный тон.
– Как ее зовут?
– Марша. Она не уличная проститутка. Живет в пентхаусе. Чистая, элегантная, очень дорогая, красивая. Вернее, была. С тех пор прошло несколько месяцев, но она до сих пор восстанавливается, и ей предстоит несколько пластических операций. Об остальном она мне даже не рассказала. У Родарта есть жетон, и он пользуется им для того, чтобы безнаказанно унижать людей. – Он посмотрел на Лауру: – Ты была с ним. Он прикасался к тебе?
– Вчера вечером погладил меня по руке. Меня бросило в дрожь. Мне кажется, он сделал это намеренно. За всеми его словами чувствовался липкий сексуальный подтекст.
Пальцы Гриффа стиснули руль, как будто он собирался вырвать его из приборной панели.
– Он не оставил бы тебя в покое – это лишь вопрос времени. И это вторая причина, почему я хотел забрать тебя оттуда. Он считал, что ты молчала бы, что бы он с тобой ни сделал. Из-за твоей связи со мной.
Она вспомнила, как Родарт приблизился к ней и многозначительным шепотом пообещал защищать ее – или не защищать, – когда ее связь с Гриффом раскроется. Может быть, Грифф действительно спас ее. Но ему предстояло ответить еще на много вопросов.
– Значит, у тебя есть машина и убежище, и ты следил за Родартом.
– Ты была моей ниточкой к Мануэло. Я понимал, что без тебя мне его не найти. Но было ясно, что Родарт не спустит с тебя глаз, надеясь, что рано или поздно я появлюсь. Вчера вечером после похорон и приема я припарковался на Престон-роуд, примерно там же, где оставил машину сегодня. Увидев вереницу полицейских машин, которые ехали от особняка, я пристроился в поток транспорта. Я ехал перед твоим полицейским эскортом, потом притормозил, пропустил их и проследил за вами до отеля.
– Но откуда ты узнал, в каком я номере?
– Я не знал, но логика подсказывала, что ты на последнем этаже.
– Мне освободили весь этаж.
– Об этом я тоже догадался. Когда я сегодня появился там, у меня