Грязные игры

душа. Потом душ выключился, и Лаура почти сразу открыла дверь. Она была завернута в полотенце. Его взгляд скользнул по ней, от мокрых волос на макушке до пальцев ног, а затем обратно, остановившись на ее глазах. Они покраснели и были наполнены слезами.
– Безнадежно?
Она кивнула.
Он привыкал к этой мысли, удивляясь боли, которая пронзила его.
– Болит?
– Немного. Как очень сильные спазмы.
– Ага, – кивнул он, как будто имел хоть какое-то представление о менструальных болях.
– Мне нужно что-то надеть.
Он заглянул ей за спину. Спортивный костюм влажной грудой лежал на полу в душе.
– Я что-нибудь найду.
– Как ты думаешь, у миссис Миллер есть прокладки?
Прокладки? Он был в замешательстве. Прокладки. Понятно. Если бы его спросили о «Тигровом бальзаме» или средствах от окаймленной экземы, он мог бы поддержать разговор. Микоз? Пожалуйста. Но он никогда даже не заходил в тот отдел супермаркета, где продаются предметы женской гигиены. По крайней мере, специально. Он никогда ничего не покупал для подруги, жены или дочери. Его знакомство с этими вещами ограничивалось коробкой с тампонами, которую его мать держала в ванной в тумбочке под раковиной. Он знал, что ими пользуются, и все.
– Я сейчас вернусь.
Он даже не подумал о том, что включает свет, когда вихрем пронесся по дому, открывая двери, которые держал закрытыми несколько дней. В спальне Миллеров он открыл общий шкаф. Одежда Коуча висела с одной стороны, одежда Элли с другой, внизу аккуратно стояли туфли.
Он сдернул с вешалки халат и начал рыться в ящиках комода, пока не наткнулся на белье Элли. Не такое откровенное и кружевное, как он видел на Лауре, но теперь сгодится любое.
Прокладки. Может, у Элли уже началась менопауза. Откуда ему знать, черт побери? Он обыскал ванную, но ни в одном из шкафчиков не нашел предметов личной гигиены. Может, в ванной для гостей? У Элли были племянницы, которые иногда приезжали погостить. Может…
В шкафчике в ванной для гостей он обнаружил запас туалетной бумаги, зубную пасту, мыло, одноразовые бритвы и даже завернутые в целлофан зубные щетки. Прокладки и тампоны. Молодец, Элли. Он схватил упаковку прокладок.
Лаура сидела на крышке унитаза, обхватив руками талию, неподвижно глядя в пространство и раскачиваясь взад-вперед. Она по-прежнему была завернута в полотенце. Он заметил гусиную кожу на ее обнаженных руках и ногах.
– Прости, что так долго.
– Не надо. Все в порядке.
– Ты замерзла, – Грифф набросил махровый халат ей на плечи. – Продень руки. – Он помог ей просунуть руки в рукава и запахнул халат поверх полотенца.
– Спасибо.
– Что еще нужно?
Ничего.
Он остался сидеть на корточках, вглядываясь в ее лицо.
– Ты уверена… Может…
Она покачала головой, разбивая его надежды.
– Там было очень много. Слишком много, чтобы это была ложная тревога.
– Ты должна поехать в больницу. По крайней мере, позвони врачу.
– Через день или два я пойду к врачу. Я знаю, что они должны убедиться, что вышло все. – Она с усилием сглотнула, чтобы, как ему показалось, сдержать рыдание. – Со мной все будет в порядке. Я должна была пройти через это. Это неприятно… – Она смахнула слезы со щек. – Но такое часто случается. Каждую десятую беременность. Что-то вроде этого.
Но этого не случалось с тобой. И со мной.Это было их общее горе. Он дотронулся до ее щеки, но она отдернула голову и встала.
– Мне нужно побыть одной.
– Я могу…
– Нет. Ты ничем не можешь помочь. Просто… – Она махнула рукой, чтобы он ушел.
Она реагировала так, как будто у него были клыки и когти. Даже его прикосновение было насилием над ее нежной женской плотью. Внезапно он застеснялся своих размеров и своего пола. Он встал и попятился к открытой двери, почему-то чувствуя себя огромным, неуклюжим и достойным осуждения. Он вышел из ванной и закрыл за собой дверь.
Когда Лаура появилась на пороге спальни, Грифф сидел на краю кровати, уперев локти в колени и закрыв лицо ладонями; его пальцы беспрерывно ерошили волосы.
Услышав ее, он поднял голову. Она чувствовала себя неловко, от подбородка до лодыжек завернутая в махровый розовый халат, принадлежавший незнакомой женщине. Грифф нашел для нее белье. Гигиенические прокладки. Даже с мужем она не обсуждала такие интимные подробности.
– Это я виноват, да? – спросил он.
– Ты?
– В отеле. – Он встал. – Я был груб с тобой.
– Нет, не был.
– Был. Я тащил тебя. Потом заставил бежать, ползти на животе через ту дыру, тянул тебя…
– Ты не виноват, Грифф.
– Черта с два! Этого бы не случилось, если бы я оставил тебя в покое. Ты не