Гвардия.

более что такая группа действительно есть. К тому же, если я начну все отрицать, она не поверит ни единому моему слову и навоображает себе нечто чудовищное.
Но Полковник не запрещал рассказывать молодой и очень талантливой журналистке о Рейдене, а Рейден, в большой степени, та самая Группа Ликвидации и есть.
И главное, нельзя думать долго, она сразу поймет, что я выдаю информацию избирательно и по частям.
— Все не так просто, — сказал я. — Группа Ликвидации существует и в ограниченном объеме функционирует, но насчет устранения лиц, просто кому-то неугодных… В любой спецслужбе существует неафишируемый список лиц, подлежащих физической ликвидации, но в него вносятся только особо опасные преступники, те, кому заочно вынесены смертные приговоры на двух и более планетах Лиги.
Двадцать к одному, что я угадаю ее следующий вопрос. И я не ошибся.
— Недавно был устранен Аль-Махруд, террорист номер два в Галактике, смертные приговоры которому были вынесены на планетах в пятнадцати мирах. Это вы его убрали? — спросила Ди.
— Насколько я знаю, там постарались местные копы.
— Такова официальная версия, — кивнула она. — Но нам с вами хорошо известен уровень профессиональной подготовки полиции Термитника. Я сильно удивлюсь, если местные копы смогут попасть в стенку ангара, даже если будут сами в нем заперты.
— Может, и так. — Черт подери, но ведь я же не вру! Гвардия на Термитнике присутствовала, но к устранению Аль-Махруда имела только косвенное отношение. — Я слышал, что убийству Аль-Махруда предшествовала небольшая перестрелка в ресторане. Возможно, это были просто разборки конкурентов. Сами знаете, в этом бизнесе…
— Конкуренция бывает особенно жесткой, — сказала она. — Но это только слова. Кто в Гвардии контролирует процесс устранения? Ведь, как я понимаю, на практике любой гвардеец может подобраться к интересующему его человеку и обставить все так, чтобы не бросить на Гвардию даже тени подозрения.
— Группа Ликвидации находится в непосредственном подчинении у Полковника.
— А кому подчиняется сам Полковник?
— Совету Лиги.
— Чисто номинально, не так ли? Я и мои читатели хотим знать: если Полковник захочет стать единственным и полновластным диктатором Лиги — благо средства и возможности у него есть, — кто в силах ему помешать?
— Тут много вариантов ответа. Но самый очевидный сдерживающий фактор — мы.
— Кто такие «мы»?
— Гвардейцы никогда не допустят подобного сценария.
— А разве вы не обязаны подчиняться приказам своего командира?
— Нет, если считаем их неразумными, неэтичными или преступными.
— А как же хваленая военная дисциплина?
— Во-первых, уже сто семьдесят лет, как Гвардия является полувоенной организацией. — И стала таковой отчасти и из-за возникновения вот таких вопросов. — Во-вторых, все мы — разумные люди и прекрасно видим, куда может завести исполнение того или иного приказа. На моей памяти было несколько случаев, когда приказы, которые отказывались выполнять, впоследствии были пересмотрены и несколько человек отправились в вынужденную отставку. Проблема преступных приказов существовала во все времена и во всех армиях мира.
— Я до сих пор не убеждена.
Я пожал плечами.
— В качестве третьего аргумента могу привести тот факт, что за время существования Гвардии сменились десятки Полковников, и все они были разными и далекими от идеала людьми. Но свобода Лиги так до сих пор и не втоптана в грязь, иначе мы бы с вами здесь не сидели и на эту тему не разглагольствовали.
— Интересный аргумент, но он не дает никаких гарантий, что свобода не будет втоптана в грязь завтра.
— Нет никаких гарантий, что завтра не случится еще один Большой взрыв и звезды не погаснут, а планеты не превратятся в кипящие океаны плазмы. Будущее покажет.
— Вы фаталист?
— Только в некоторых вопросах.
— Со стороны все ваши аргументы кажутся детским лепетом, — заявила она. — Безопасность Лиги не может зависеть от честности и бескорыстности ограниченного круга лиц.
— С точки зрения выборной демократии, это очень любопытное заявление, — сказал я. — Особенно если рассмотреть в качестве ограниченной группы лиц не сотрудников Гвардии, а Совет Лиги, например.
— Совет Лиги не располагает военной мощью.
— Вот как? А куда вы приписываете ВКС?
— Я имею в виду, он не имеет непосредственного контроля.
— Послушайте, — сказал я. — Мы с вами взрослые люди и понимаем, что помимо этического аспекта существует целый ряд других рычагов для сдерживания имперских амбиций Гвардии, но я не имею права об этом распространяться. Давайте вы