Характерник приходит на помощь другу и оба оказываются в чужой параллельной реальности. Все не так, все по-другому, но нужно выжить и…Столкновения с властью заставляют его «путешествовать» по временным порталам, искать выход из безвыходных ситуаций, выручать друзей и наказывать врагов.
Авторы: Александр Владимирович Забусов
пробормотал он, демонстрируя одновременно одышку, боль и безысходность.
Он бы здорово удивился, если бы знал, что из-за зеркального стекла, вмурованного в стену, сейчас на него смотрит человек, с которым неделю назад он распрощался у Хрещатика. Украинский характерник Сашко давно знал, птица какого полета попала в силки СБУ. Вот только помогать коллегам не собирался, отчасти из-за того, что Службу Безопасности всю эту неделю трясло. Американские помощники выступили инициаторами чистки рядов контрразведки на предмет лояльности к новым реалиям государства, ну и подполковник Стародуб отбор не прошел. Забугорные друзья посчитали опасным оставлять его в кадрах. Через стекло глядя на Сергея, уже зная в какой он форме, хмыкнул. Следаки даже не представляют себе, насколько опасен сидевший перед ними человек.
Сашко прощаясь, кивнул двоим коллегам, наблюдавшим за происходившим допросом, и покинул помещение. Сергей без сомнения сам в состоянии выйти из этих стен.
— Как вы понимаете, война Америки с Россией уже началась. Вернее, идет давно. — Нарушив ожидание, попытался втянуть в разговор арестанта американец. — Вы можете сказать, что на Кавказе не вышло, и я с вами в какой-то мере соглашусь. Но впереди Украина. Средства массовой информации для всего мира подготовило общественное мнение, в котором Россия выступает захватчиком чужой территории. И это правда. Соединенные Штаты же, в силу сложившихся обстоятельств, и как главные вкладчики денежных средств и людских ресурсов в структуру НАТО, выступают гарантом мира в Европе.
Хильченков молчавший все это время, не смог совладать с эмоциональной составляющей на слова американца, ухмыльнулся.
— Ну да, штатовцы свято верят в то, что в их стране существует свобода слова и соблюдаются права человека, — сказал он. — Коренное население вы к людям не относите, выселили в резервации и они дохнут там как мухи от спиртного, наркотиков, болезней и безработицы. Телевидение и газеты в руках корпораций, и те пишут и вещают только то, что выгодно им. Вот и вся свобода слова, вот и все права человека. По здравому рассуждению, так у вас там рабство. И вы хотите быть гарантом мира? Что вы можете нести миру? Бомбежки, как в Югославии, войну, как в Ираке, Афганистане? Не смешите мои тапочки. Вы окончательно зарвались, мистер. Вас никто не любит. Боятся, это да, а вот любить, нет. Не любят. И знаете, я почему-то со всеми согласен. Вот даже с ним согласен.
Хильченков подмигнул СБУшнику.
— Не любишь, ведь так?
— Закрой рот, разговорчивый наш! Думаешь вас, русских любят? Вы тоже не ангелы. Как зараза пытаетесь расползтись по свету, всюду сунуть свой нос со своей справедливостью. Тфу! А вы спросили, нужна ли кому ваша помощь? — повысил голос Колонтарь.
Отворившаяся дверь, впустила в допросную человека. Ба-а! Старый знакомый.
— Здравствуй Сергей.
Еще один улыбчивый амер. Как не узнать? Тома Селенджера Хильченков в свое время вытаскивал из разборки между тейпами в Чечне. Тогда молодого журналиста выкрал один из полевых командиров, возжелавший за счет Америки поправить финансовое положение своего рода. По приказу командования, подразделение в котором служил Сергей рискуя жизнью, освободило журналиста. Знал бы кто он есть на самом деле, сам бы удавил негодяя. Но отыграть спектакль до конца надо.
— Привет Том! Рад видеть тебя живым и здоровым. Видишь, как меня отделали твои нынешние подопечные? Живого места нет.
— Ну это ты сам виноват. Нужно было просто сдаться.
— Просто не получилось.
— Вижу. Сергей, раз уж попался, зачем усугублять положение. Отдай флэшку и я тебе обещаю закрыть глаза на убийство работника СБ.
Колонтарь, все время сидевший тихо, негодующе засопел, ему не понравился поворот событий в разговоре этих двоих.
— Вот, и мистер Колонтарь не против. В противном случае, Сережа, на тебя ляжет обвинение в шпионаже в пользу России.
— Том, да мне теперь все равно. Они сделали из меня развалину, инвалида. Я долго не протяну.
— Ерунда! Мы отправим тебя в Штаты, там поставят на ноги, будешь лучше прежнего. Работу для тебя тоже найдем. Купишь дом, женишься. Ну, согласен?
— Конечно согласен. Есть только маленькое «но». Я понятия не имею, о какой флэшке ты говоришь.
— Значит, полюбовно договориться ты не хочешь? Дурака из себя строишь?
— Том, надо отдать тебе должное, после нашей последней встречи, твой русский стал безупречен. — Хильченков демонстративно перевел прерывистое дыхание. — А ты отдай меня местным мясникам, пусть выбьют у меня сведения о непонятной флешке.
Селенджер улыбнулся. Да, заматерел парнишка, совсем не похож на того испуганного журналистика
