Характерник приходит на помощь другу и оба оказываются в чужой параллельной реальности. Все не так, все по-другому, но нужно выжить и…Столкновения с властью заставляют его «путешествовать» по временным порталам, искать выход из безвыходных ситуаций, выручать друзей и наказывать врагов.
Авторы: Александр Владимирович Забусов
примет боя внутри штаба. Ну и какие диверсанты? Унтер ему не нравился все больше и больше. Слишком спокоен, при такой-то обстановке. А за дверью ад кромешный. Взрывается, летит, свистит, воет.
— Пригнитесь! Старайтесь за мной поспевать.
Побежали в сторону автопарка легких машин. Там не боксы, а гаражи со стоянками, навесами и ремонтными эстакадами. Военный люд сновал казалось не обращая внимание на них и разрывы с летящими осколками.
— В сторону!
Увернулись. Мимо промчались две машины с людьми и боеприпасами.
— Нам на лево!
А там что? Он не знает. Только бой там идет, и это точно. Стрельба очередями с поддержкой карманной артиллерии. Гранатами разминаются. Зачем туда? Встал, уперся рогом.
— Там бой!
— Нам туда!
— Нет. Дальше не пойду!
Унтер как-то странно посмотрел за спину Кутепову, и тот оглянулся. Повелся. Не мог не оглянуться в такой обстановке. Что-то тяжелое и тупое прилетело по голове, заставив померкнуть сознание.
Пришел в себя, понимая, что лежит в траве. Руки свободны, ноги тоже. Голова… Голова раскалывается, будто ее использовали как футбольный мяч, а теперь на короткое время дали отлежаться. Скосил глаз уловив неявное присутствие человека.
— Оклемался гляжу, а дядь Саш?
Ни хрена се… Ой! Не успел из тюрьмы выбраться, так уже по башке настучали и племянником обзавелся. Ёё-о! Больно-то как!
Уселся на пятую точку, наконец смог посмотреть на прилегшего неподалеку организма, не обращавшего внимание на редкую стрельбу. Белокурый парняга, еще не успевший как следует войти в возраст, кусая травинку с ухмылкой поглядывал на него. В двух шагах раздолбаный, крохотный домишко непонятного назначения, покоцаный фундамент и часть стен торчит из щебня. Чуть в стороне, что-то типа бруствера, но старого, давно никем не использованного. Солнце утреннее, но уже жарит.
Водицы бы испить.
— Ты кто? — спросил, боясь лишний раз головой качнуть, уже нащупал на самой маковке приличных размеров шишмарь.
— Соотечественник твой. Андреем кличут.
— Ты-то как..?
— Дед присмотреть за вами послал. Чтоб значит когда дочь найдете, переправиться назад помог.
Вот это поворот!
— Гм… И кто у нас дед?
— Сергея Хильченкова помните?
— Ну?
— Кланяться вам велел.
— И?..
— Так это мой дед и есть. Вернее прадед.
— Ты мне мозг не выноси, и так все болит. И по ушам ездить не нужно. Он что, на пару с прабабкой твоих предков в пеленках зачинал? Так и все равно не выходит…
— Согласен. Не простой он человек. Но вам-то до этого что? Достаточно того, что я, Андрей Хильченков, сижу рядом с вами, а те кто вас похитил, мертвы. Вон в развалинах лежат.
Между тем война как-то сама собой приостановилась. Ощущалось, что наступательный порыв турок выдохся. Русские еще не в состоянии прийти в себя после долбежки и наступления врага, ну и естественно контратаковать не могут. Короче обе команды взяли тайм-аут, закрепляются на достигнутом и отдыхают.
Тяжело поднялся. По-стариковски кряхтя, поперся к ближней стенке. Навалившись на нее грудью, рассмотрел троих покойников, при жизни бывших амбалистыми хлопцами.
— А унтер где? — оглянувшись на пацана, спросил с недоверием в голосе.
— Не было унтера. А эти… Это янычары. Да, вы присядьте. Подлечу вас маленько, а то совсем расклеились.
Молодой да ранний что-то колдовал у Кутепова за спиной. Смотри-ка, полегчало! И голова совсем перестала болеть. Провел по макушке ладошкой. Х-ха! Шишка где? Рассосалась что ли?
— Тебе людей лечить нужно, а не вгонять их в состояние трупа. Никто не говорил об этом?
— Говорили.
— Сергей меня лечить не брался. Сказал крови на мне много, а ты…
— Так ведь вы портал прошли. Жизнь можно с чистого листа считывать.
— Ага. Ну и как выбираться будем?
— Куда-а? Город в осаде. Кругом турки. У нас судьба теперь с защитниками Мещер одной нитью связана. Они выдюжат и мы не в накладе, а проиграют… Если выживем, партизанскими тропами придется пробираться в Москву, а там и след потеряшки брать.
— Ну, ты! Ты про мою дочь…
— Да, понял уже. Не дурак. Короче. Пока особой войны не наблюдается, пойдем прибьемся к кому. Появились тут у меня друзья-товарищи. Вот с ними и станем плечом к плечу.
— Э-хе-хе! Веди, Сусанин, воевать буду.
Народу покрошило-о, страсть великая! Во время затишья раненых выносили десятками. Это только те, кто на своей шкуре не изведал тягот и лишений огня войны, думают, что людей как в компьюторных игрищах сотнями и тысячами вот так вот косой косить можно. Человек существо особенное. Военные аналитики рассчитали, чтоб в бою человека
