Характерник приходит на помощь другу и оба оказываются в чужой параллельной реальности. Все не так, все по-другому, но нужно выжить и…Столкновения с властью заставляют его «путешествовать» по временным порталам, искать выход из безвыходных ситуаций, выручать друзей и наказывать врагов.
Авторы: Александр Владимирович Забусов
— О, как!
От калитки послышалась возня или это только показалось. Сломанной веткой прозвучал выстрел, раненый последний раз дернулся и прекратив стенания, затих. Хильченков выглянул в окно. Две одичавшие собаки забежав в открытую калитку, решили похозяйничать на подворье. Рисковать выходя на ту сторону Андрей не стал, наследил надо думать достаточно, что хотел, то узнал. Какой дорогой пришел, нею же и ушел…
Группа как и прежде, передвигалась по одному друг за другом, только расстояние между людьми малость изменилось. Растянулись по дистанции, чтоб в случае чего не все сразу под огонь попали. И не шли скорым шагом, а все больше перебежками, да перебежками. Спешили. К реке Ермаков вывел через заросшие, застарелые плодовые сады. Получилось, что вырвавшись из зеленых шхер, неожиданно очутились на обрывистом берегу. Ширина Кубани в месте выхода не меньше двух сотен метров будет, до противоположного берега далековато. Выбегая, как по команде ложились у среза обрыва, внизу вода полощится. Кардаш последним плюхнулся на брюхо, еще даже не успел как следует оглядеться.
— Вон, мост. — Указал рукой Ермаков, вышедший на берег самым первым. — Выходит так, что от этого места Екатеринодар в двух верстах к югу будет. Малость крюк сделали.
«Крюк это хорошо, — удовлетворенно подумал хорунжий. — Все как во сне дочка советовала. Может и вырвемся без потерь? Эх, Лебедя жалко, добрый казак был. Царство ему Небесное!»
Вынув из сильно «похудевшего» сидора бинокль, принялся детально рассматривать сам мост и подступы к нему.
— Чего ждем? Турки на пятки наступают! — подал голос Лазаревич.
На миг оторвавшись от окуляр, одним словом одернул капитана:
— Нишкни!
Да, мост. От него почитай одно название осталось. Железный корпус покоился на четырех массивных каменных устоях и имел три пролета. Имел… Так вот теперь центральный пролет грудой искореженного металла торчал из воды. На дно весь не упал, только потому, что ближняя к этому берегу сторона не лишилась вязи железа. Как говорится, уцепилась за товарку и пока еще держалась на честном слове. Как на третий пролет перебираться?.. Большой вопрос.
— Травкин…
— Й-я!
— Гм, Травкин, Матушкин, Кутепов им в прикрытие. Бегом к мосту. До нашего подхода постарайтесь наладить переправу на тот берег.
Ушли.
— Остальным. Ермаков идет первым, за ним по одному ускоренным шагом, соблюдая дистанцию передвигается группа. Вопросы?
— Нет.
— Ермак, вперед пошел!
Кутепов не бежал. Он двигался рваным стилем, с остановками и осмотром в оптику возможных мест засады. Осмотревшись, делал очередной рывок. А на подходе к реке, почти у начала самого настила, поднявшись на насыпь, залег, образовав лежку на железнодорожной колее, как раз между рельсами. Поморщился, учуяв запах криазота. Уж сколько лет прошло, а эта дрянь так и не выветрилась.
Слух еще не уловил звуков, а оптика уже достала виды нездорового шевеления далеко от моста. Он повел ствол винтовки в левую сторону, рассматривая через призму прицела кабины трех бортовых машин, выползших из шхер частного сектора, не так давно покинутого ними. Люди выпрыгивали из-под тентов и тут же управляемые судя по всему крепкой рукой, двигались в сторону моста, но были далеко. По-видимому авто подъехать сюда не могли. Бездорожье помимо дураков во все времена, а теперь ясно, что во всех реальностях, составляют основную проблему на Руси. Вот и остальные подходят. Надо признаться, вовремя!
— Что у тебя? — задал стандартный уже вопрос командир.
— Враг на подходе. — Приподнявшись со шпал, ответил спокойно, кивнув в сторону изученного сектора обзора. — Но если поторопимся, то можно оторваться.
— На мост. Живее!
Сам хорунжий, остановившись рядом с Кутеповым, через окуляры бинокля изучал обстановку на дальних подступах.
— Как же их много. Откуда только набрали столько?
Сунув бинокль в разворот полурастегнутой разгрузки, кивнул.
— Идем!
По боковине, минуя чугунные балки ферм, под поперечными связями, оба пробежали к обвалившемуся, взорванному пролету, там уже во всю шла переправа. Цепляясь за продольные балки и связи металлических швеллеров, страхуясь веревкой, удерживаемой на конечном пролете Матушкиным, народ по очереди перебирался на третий настил. Вымокли все по пояс, благо лето и вода в Кубани теплая. А вот преследователи, издалека видя, что добыча уходит, принялись постреливать в их сторону. Правда толку от такой стрельбы никакого не было. Далеко.
С насыпи сбегали гурьбой. И потом бежали сломя голову. Стадное чувство. Оно иногда просыпается в людях,
