Характерник приходит на помощь другу и оба оказываются в чужой параллельной реальности. Все не так, все по-другому, но нужно выжить и…Столкновения с властью заставляют его «путешествовать» по временным порталам, искать выход из безвыходных ситуаций, выручать друзей и наказывать врагов.
Авторы: Александр Владимирович Забусов
с улыбками на лицах. Ждут!..
— Ротмистр! Мне казалось, что город под вашим полным контролем! А между тем в городе происходит черт знает что! Обыватели вереницей стоят с жалобами к моим адьютантам. Директор банка жалуется, что банк ограблен, на улицах стрельба и убийства. Воры, аферисты и контрабандисты распоясались дальше некуда. Как прикажете все это понимать?
Видно допекли старика жалобами, а последней каплей для «взрыва», стал налет на банк. Зимин стоял навытяжку перед начальством, понимая как не легко генералу переключаться на повседневные проблемы города. Турок выгнали на полуостров, установили крепкую государственную власть. Где-то на северной границе Кубани добивают остатки армейских корпусов, а под боком расплодился и жирует деклассированный элемент, от которого успели отвыкнуть в Мещерах Кубанских. О-хо-хо! Стал оправдываться, как школьник:
— Ваше превосходительство, не все так плохо, как кажется. За прошедшую неделю жандармским ведомством было задержано пятьдесят семь человек, подозреваемых в различного рода преступлениях. Троих отпустили, двадцать восемь, расстреляно, остальные посажены в тюрьму до полного прояснения вопросов по каждому.
— О чем вы мне говорите? Пропали деньги! Не целковый! Не рубль! Десятки тысяч государственных рублей золотом! Чем мне прикажете жалованье военнослужащим выдавать? Вашими обещаниями?
— Никак нет! Все уже выявлено. Имеется соучастник преступления, служащий банка. Знаем, кто возглавил налет. Осталось дело за малым. Поймать, мерзавца, и вернуть похищенное. Город взят в кольцо, мышь не проскочит. Идут облавы по злачным местам. Я вам обещаю в скором времени вернуть утраченные деньги.
— Ну, хоть на это вас хватает! Сколько времени вам потребуется?
— Ваше превосходительство, Новороссийск лишь недавно перешел под нашу юрисдикцию, поэтому по срокам ответить вам не могу, но постараемся управиться побыстрей.
— Старайтесь ротмистр. Старайтесь. Я вас больше не задерживаю.
Переодевшись в скромную одежду городских обывателей, в послеобеденную пору покинули место ненадолго приютившее их. В городе ощущалась суета и нервозность. Патрули, что конные, что пешие, попадались на каждом шагу. Приходилось не раз прятаться, выжидать, а потом перебежками нестись сломя голову к очередному схрону. Несколько раз в поле зрения попадались картины захвата военными людей в гражданской одежде.
— Не на нас ли охоту объявили? — предположил Кутепов.
— Не похоже. — Развеял сомнения хорунжий. — Вишь, хватают кого? А меня, так каждая собака знает. Вы тоже у многих на глазу были. Нет, здесь что-то другое…
Недалеко от железнодорожных путей, ведущих на каботажную пристань, прикрытый от шума и суеты крохотным парком, расположился район, облюбованный обрусевшими греками. Сразу за двумя «новомодными» жилыми постройками работников порта и особняком стоматолога Авербуха, греческая диаспра имела целый квартал стильных домов, украшенных лепниной и самобытным орнаментом. Даже при турецком режиме управления, купцы Манусси, Скамарайга, Мавроди, не оставили родного крова, продолжали заниматься торговлей. В кафе «Акрополь», с атрибутами греческого быта, двери всегда нараспашку. Заходи любой, под свою крышу с распростертыми объятиями примут, но при единственном условии, мошна не должна быть худой. Далее тоже деловой народ проживал и все больше свои, греки. Из общей, людской массы квартала, по национальному признаку, но не по деловой хватке, выбивались купец первой гильдии Хаджинов и врач-венеролог Леви. Первый помимо артелей, магазинов и пекарен, в свое время выстроил здесь жилище для себя, ну и для получения барыша, полдесятка доходных домов. Второй, сами понимаете, человек интеллигентный, уважаемый, к тому же может пригодиться. Замыкает квартал дом за увитым плющем кованным забором, он арендован состоятельными греками для греческой школы своих малообеспеченных сограждан.
Постреленок лет десяти, курчавый, с большими синими глазами и улыбкой на лице, встретил всех четверых у калитки перед добротным домом. Изучающим взглядом окинул Кардаша и поняв, что перед ним именно тот, кого ждут, пригласил за собой.
— Идемте. Отец скоро отплывает. Еще бы немного и не успели.
Увидав плавсредство, на котором предстояло переправиться через море, Андрей вдруг захотел выкрикнуть фразу понятную всем в его реальности: «Верещагин, уходи с баркаса, он заминирован!». Сдержался. Лишь хмыкнул про себя.
Чёрный, смолёный корпус судна, ничем казалось, не отличался от киношного собрата. Подошли ближе.
