Характерник приходит на помощь другу и оба оказываются в чужой параллельной реальности. Все не так, все по-другому, но нужно выжить и…Столкновения с властью заставляют его «путешествовать» по временным порталам, искать выход из безвыходных ситуаций, выручать друзей и наказывать врагов.
Авторы: Александр Владимирович Забусов
произнес заклинание:
— Стану я, сын Божий Андрей, благословясь, пойду перекрестясь невидимкой, из избы в двери, из ворот в ворота, к Окиан-морю, где стоит стар мастер муж, и у того святаго Окиана-моря сырой дуб крековастый, и рубит тот мастер муж своим булатным топором сырой дуб, и как с того сыраго дуба щепа летит, тако же бы и от меня, Андрея, валился на сыру землю боец, по всякий день и по всякий час. И тем моим словам, ключ в море, замок на небе, отныне и до века.
Дверь в рубку распахнулась. Бандит стоявший ближе других к двери, потянулся ее закрыть и тут же сполз на пол.
— Гнат! Ты чего там разлегся? — удивленно спросил Тимоха.
Иларий увидав, что главарь вроде бы остался в одиночестве, решился напасть, но вот только штурвал ему не бросить, иначе не понять, как поведет себя баркас без рулевого. Заметив изменения на лице капитана, пахан будто мысли его прочитал.
— Но-но! Ты мне смотри…
Куда и зачем смотреть, он сказать не успел, поперхнулся своей же кровью, толчками брызнувшей изо рта. Грек удивленно уставился на Андрея, стоявшего рядом с упавшим бандитом.
— Выберемся, дядько Иларий? — как ни в чем не бывало, спросил молодой напарник Кардаша.
Нда! Добрых бойцов воспитывает хорунжий. Если б таких в его команду… Ответил.
— Обязательно выберемся.
Турецкое побережье приняло их солнцем и теплом, а еще запахом конского навоза, моря, жареной рыбы, кебаба — все смешалось тут, в самой людной части острова. Если подняться на высокий холм, можно дышать только хвоей и морем, но им не до того. Иларий скоро разгрузит баркас, наполнит его турецкими товарами и снова отплывет в Россию, но… Но на обратный путь у него снова двое прежних попутчика. Кардаш и Мордвинов плывут с ним.
После того, как разобрались с бандой, на борту обнаружились шесть банковских вализ, набитых золотыми червонцами. Ну и куда их? Золото не бросишь, оно государству принадлежит. Вон, пять сумок специальными пломбами и печатями опечатаны. Одна открыта, видать содержимое проверяли.
— Может все же с вами? — спросил Кутепова хорунжий.
— Ну, да! А золотишко на конрабандиста оставишь. Ты, Платон, к этим мешкам теперь намертво привязан. Пока властям его не сдашь, считай не спать, не есть толком не сможешь. Вот без Мордвинова не управишься. А мы тихой сапой по маршруту пойдем. Теперь совсем близко осталось. За нас не переживай, и не из такой задницы выбирались.
— А весточку?..
— Платон Капитоныч, ну какая там весточка? Нам домой пора, и так у вас больше чем нужно загостились. — Улыбаясь, прощался Андрей.
— Вы там поосторожней. Говорят, княгиня еще та стерва.
— Будем стараться.
Обнялись.
— Береги хорунжего, Мордвинов, — шепнул тому на ухо Кутепов.
— Сделаю, вашбродь. Не сомневайся.
— Удачи!
Ночная засада требует тщательной подготовки. Кайсаров гонял свою группу и в хвост и в гриву, но добился слаженности действий. Над ним и его гуппой сослуживцы подтрунивали. Мол и чего неймется, на попе ровно не сидится? К тому же, в отличие от других, его подразделение не выезжало на Кубань, оставалось в Аклимане. Сама княгиня благоволила к поручику, но почему-то с собой не взяла. Ну, это ее дело. Вот и бойцов себе он подобрал с крепкими нервами, терпением, решительностью, тонким слухом, острым зрением, умеющих быстро и бесшумно передвигаться, уверенно ориентироваться на территории княжеской усадьбы, а в случае необходимости действовать самостоятельно. И вот пришло их время. Княгиня Анастасия вернулась в «турецкую гавань».
Благодаря особенному расположению Аклимана, ветры здесь бывают крайне редко, а солнечная погода стоит почти круглый год. Сама усадьба обширна, укрыта от палящего солнца зеленым покрывалом южных деревьев, кустарников и цветов. За высоким забором из камня, плющ заплел огромный, двухэтажный дом выстроенный в старинном стиле, с балконными переходами и навесами. На отшибе находятся флигеля для лиц приближенных ко двору и прислуги. Эти постройки укутала виноградная лоза. Княгиня не жалует дневное светило, предпочитая прогулки в тени и любование луной. Отсыпанные мраморным щебнем дорожки, приводят в беседки, ротонды и к большому фонтану, от которого в самый жаркий день исходит прохлада, а воздух наполняется влагой. Среди всего этого великолепия цветов и красок, почти невозможно распознать наблюдательных постов и мест для засады. Бывало пару раз, караульные становились безмолвными свидетелями интимных сцен придворных, решивших что они в таком потаенном месте одни и некому проследить за их сексуальным сношением. Смех, да и только.
Кайсаров
