Характерник приходит на помощь другу и оба оказываются в чужой параллельной реальности. Все не так, все по-другому, но нужно выжить и…Столкновения с властью заставляют его «путешествовать» по временным порталам, искать выход из безвыходных ситуаций, выручать друзей и наказывать врагов.
Авторы: Александр Владимирович Забусов
Климат мягкой европейской зимы, позволял одеваться легко. Мужчина принял от услужливого консьержа телефонную трубку, приложил к уху.
— Ало!?
— Месье Лурье?
— Да, слушаю вас.
— Месье Лурье, вас интересует заказ на геологические изыскания в одной из стран Восточной Европы? Характер работ ожидается по вашему профилю.
— Разумеется. Но вы должны знать, что я работаю не один.
— Да-да! Наша компания знает об этом. Нас устроит бригада геологов из восьми человек. Обязательное условие — каждый из них должен обладать в совершенстве знанием русского языка.
— Принимается. Оплата?
— Центральный железнодорожный вокзал, ячейка в камере хранения номер джи двести один. Там первоначальные инструкции, стоимость оплаты и номер телефона, по которому, в случае согласия вы можете связаться с нами. Сколько вам потребуется времени, чтобы собрать ваших людей?
— Пять дней.
— Окей! Одиннадцатого декабря с десяти до полудня, я жду от вас звонка. Всего доброго.
Частые гудки в телефонной трубке оповестили абонента о том, что разговор окончен. На стойку перед консьержем легла пятифранковая купюра, довольный чем-то постоялец направился в сторону выхода из отеля. Сграбастав деньги, пожилой консьерж, покачав головой, определил для себя, что вряд ли господин Лурье француз. Уж слишком правильное произношение и построение фраз у молодого человека, а еще, настоящий француз обошелся бы франком благодарности. Этот выложил пять. Но уж во всяком случае, это не высокомерный англичанин, не жадный американец, и не скаредный немец. Кто же он? А, впрочем, какая разница.
Мужчина, покинувший гостиницу «Тибо», действительно не относился ни к одной из выше перечисленных наций. Михаил Дроздов был чистокровным русским, если в России можно назвать чистокровным, хоть кого ни будь. Многовековое смешение крови разных народов, привело страну к тому, что терпимое отношение к вере и национальности, любого проживающего на ее просторах, позволяло человеку при желании вписать в паспорт, что он папуас. Может, кто и посмеется, но не более того. А выехав за кордон, кто бы ты ни был, хоть чукча, хоть еврей или чеченец, имея на руках паспорт РСФСР, для европейцев ты все равно будешь русским, и никем иным. Вот такой парадокс!
До католического рождества оставалось пять дней, на улицах городов ощущалось предпраздничное настроение. Не только витрины магазинов и иных коммерческих учреждений расцветились огоньками гирлянд, картинками и игрушечными библейскими персонажами, но и частный сектор постарался на славу. Из окон домов выглядывали крохотные фарфоровые ангелочки, различного рода светильники с искусственными свечами, веночки из еловых веток, с игрушками и колокольчиками. Двери повсеместно убрали в праздничный наряд. На центральных улицах раскинулись купола балаганов и ярмарки, жарились на углях колбаски и продавался глинтвейн. Веселую негромкую музыку можно было слышать даже на узких улочках, наследие средневековья. Сытая, умиротворенная Европа готовилась встретить один из самых любимых праздников. Пройдет день, ну два, и автобаны запрудят тысячи автомобилей, вокзалы и поезда наполнятся людьми, ежегодная миграция родственников начнет свое шествие по самым отдаленным уголкам Старого Света.
Из третьего вагона, прибывшего поезда из Парижа, в толпе приезжих совсем незамеченными для полиции, любого толка спецслужб и тем более для обывателей, остались девять мужчин, почти одного возраста и комплекции, вышагивающих налегке в сторону гигантского здания центрального вокзала. Дроздов привез свою команду специалистов на постановку задачи. Он понимал, что лицо, которое встретится с ними на подписании контракта, выдаст наличные деньги на всякого рода необходимые расходы, обеспечит связями в стране пребывания командировочных, документами, инструкциями и сведениями об устраняемых фигурантах, а затем в двадцать четыре часа растворится в небытие, будто его и не было никогда. Вот только после этого, он больше чем уверен, негласный контроль за их действиями, будет вестись капитальный.
Приказ на уничтожение банды эмира Омара Халилова, Монзырев получил еще вечером, как раз до района в котором действовала банда шла колонна мотострелков. Под таким прикрытием можно было незаметно просочиться почти до намеченной точки выхода на бандформирование. Халилов давно безнаказанно гулял по тому району. У местных заработал себе славу фартового, умелого воина, просчитывающего ходы федералов на два шага вперед.
