Heaven: Сборщики пепла

никогда не бывает много — скоро выпадет снег, большая часть живых существ заляжет в многомесячную спячку, искать добычу станет труднее, и запас пищи просто необходим. Нужно запасать драгоценную плоть при любом удобном случае.
   Он не ошибся: в Приреченском появилась добыча. Это была самая лучшая, самая желанная добыча для Зверя, и называлась она «человек». Впервые за много ночей в его владения забрело не четвероногое, а двуногое мясо. Редкая добыча, в последний раз Зверь полакомился человечиной много дней назад, как раз после поединка с самкой. Потом он еще дважды чувствовал появление человека на своей территории, но человек приходил днем, а при свете солнца Зверь не нападал.
   Присутствие пришельца Зверь почувствовал сразу, как только влез на трубу. Пока еще человек был достаточно далеко, однако Зверь уже мог его почувствовать. Зверь был слеп, но его острый слух уловил ритмические сокращения сердца пришельца, тепловые рецепторы засекли точку, где двигалась плоть — горячая, живая, мягкая, так хорошо утоляющая голод. Зверь сжался в ком на верхушке трубы, пасть наполнилась вязкой слюной, длинные пальцы с острыми кривыми когтями сжались в кулаки. Человек, если он один — очень легкая добыча. Когда людей много, и они вооружены, охотиться на них сложнее и опаснее. А этот был один, Зверь слышал стук только одного сердца, и стук этот приближался. Человек шел через развалины прямо к нему.
   Цепляясь когтями за выбоины в трубе, Зверь быстро спустился на крышу цеха и оттуда спрыгнул на землю. Цель была совсем недалеко, рецепторы животного четко определяли радужное светящееся пятно, медленно передвигающееся в нескольких десятках метров впереди него. Совсем близко, если бы не остатки кирпичной стены, Зверь бы преодолел расстояние до жертвы парой прыжков. Застиг врасплох, как делал это уже сотни раз, невидимый и молниеносно быстрый, вцепился бы клыками в хрупкую шею, да так, чтобы кровь из прокушенных артерий сладким обжигающим фонтаном ударила в небо, разодрал бы беззащитное тело когтями и…
   Вылетевшая из темноты крупнокалиберная пуля с надпиленной головкой ударила Зверя прямо в затылок в тот самый миг, когда хищник собрался для прыжка. Вторая пуля, выпущенная через секунду, попала уже в труп. Прошло довольно много времени с того мгновения, как стих звук второго выстрела, а потом в развалинах вспыхнул мощный фонарь, и темная фигура не спеша подошла к еще вздрагивающему трупу Зверя.
  — Ну, вот и все, — с удовлетворением сказал стрелок, положив винтовку на плечо и с удовлетворением разглядывая безобразную голову твари, развороченную разрывной пулей. — Э-эй, ты где? Иди сюда!
   На куче обломков, некогда бывших стеной заводского цеха, показался еще один человек, одетый в рваную парку из шкур мутапсов. Он шел неуверенно, спотыкаясь — руки у него были связаны. На стрелка он смотрел злобно и вместе с тем испуганно.
  — Иди сюда! — Человек с винтовкой помахал ему рукой. — Быстро!
   Человек с опаской приблизился к распростертой на забрызганном темной кровью бетоне смрадной туше. Подошел, присел на корточки, протянул к мертвому зверю связанные в запястьях руки и громко заскрипел зубами.
  — Да-да, приятель, вот так он выглядит, Ночной Ужас, — сказал человек с винтовкой. — Ты первый из Диких, кто увидел его и остался жив. Можешь этим гордиться.
   Опустившись рядом с мертвым зверем, охотник достал из ножен охотничий нож и его рукоятью быстро и сноровисто, и вместе с тем аккуратно, чтобы не замараться в крови и кожном секрете твари, выбил из лунообразной пасти мертвого чудовища длинные, в указательный палец взрослого мужчины, красноватые клыки. Три клыка он положил в карман своего комбинезона, а один клык показал человеку со связанными руками.
  — Вот, Дикий, смотри, — сказал он. — Это твоя доля. Хоть ты с дружками и пытался меня убить, но я парень не злопамятный. Ты помог мне, и я тебя отпущу целым-невредимым, да еще с трофеем. Моя башка вам не досталась, ну да ладно, подарочек я тебе все равно сделаю. За этот зуб ты получишь в жены любую телку в своем клане. Сегодня твой счастливый день, Дикий.
   Охотник подошел к связанному, одним взмахом ножа перерезал веревки на запястьях пленника и протянул ему клык. Дикий замер, не сводя с лица охотника напряженного взгляда, но все же выхватил из пальцев зверя клык — и бросился в темноту, громко крича, не то от ужаса, не то от радости. Охотник проводил беглеца взглядом в тепловой прицел, точно раздумывал, не послать ли пулю вслед счастливчику, который этой ночью сыграл в его охоте роль живца, но потом передумал — патрон стоил дороже жизни никчемного дикаря. Постояв еще немного у трупа зверя, будто любуясь им, стрелок положил винтовку цевьем на сгиб локтя и побрел прочь.