Их называют «сборщики пепла», потому что им приказано искать все, что осталось от цивилизации, погибшей более ста лет назад. Все, что может помочь выжить остаткам человечества, пережившим в убежищах ядерную зиму. Но руины прошлого — это еще один повод начать новую войну. Год 2115, который не наступил. Мир, который был уничтожен.
Авторы: Астахов Андрей Львович
и, перебежав на другую сторону улицы, исчез за углом дома. Охотник докурил сигарету и пошел искать Госпиталь.
9. Б90
На торцовой стене пятиэтажного здания справа от Зиха огромными красными буквами было выведено: «СТОЙ! КАРАНТИННАЯ ЗОНА! СТРЕЛЯЕМ БЕЗ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ!». Зих прочитал предупреждение несколько раз и подумал, что на этот раз ничего сделать не может.
Впереди улица была перекрыта кордоном: рогатки из колючей проволоки поперек проезжей части, за рогатками два старых ржавых грузовика без колес, промежуток между которыми — метра два, не больше. И еще охранники: на этот раз не черные ангелы отряда 505, обыкновенные ополченцы в тулупах, валенках и меховых шапках.
— Эй, куда прешься! — крикнул один из них Зиху, наведя на охотника доисторическую снайперскую «Мосинку». — Неграмотный что ли?
— Стрелять будешь? — Охотник все же остановился, спокойно закурил. — Так стрелять и я умею. Постреляем?
— Слушай, мужик, ты тут не умничай, ёптыть. — Ополченец все же опустил винтовку. — Тут режимная зона. Так что вали отсель по-хорошему, если жизнь дорога.
— Дело у меня одно есть. Дай с главным вашим переговорить.
— Перемучаешься. Сказано — топай!
— Родственника я ищу, — Зих решил использовать заготовленную по дороге к Госпиталю легенду. — Весь город обыскал, нет его нигде. Люди подсказали, может он тут у вас, в карантине. Егор Чигарев, может, знаешь такого?
— Не знаю, и знать не хочу. Сюда вход только по особым пропускам. У тебя есть пропуск?
— Нет.
— Ну и все, вали к бениной матери потихоньку. А то стрелять буду.
— Слушай, а где можно пропуск получить?
— Это ты в центральной комендатуре спроси. Сюда только врачам из медицинской службы вход разрешен.
— Спасибо.
На углу Добровольческой и улицы Космонавтов (надо же, на домах даже таблички с названиями улиц сохранились!) Зих увидел вывеску «Домашний уют». Вход в заведение был прямо под вывеской. Зих вошел, и оказался в темном прокуренном зловонном, но теплом подвале, где стояли длинные, сколоченные из досок столы, и несколько потрепанных немолодых мужиков в собачьих куртках пили за этими столами спирт, закусывая его темным копченым мясом. Появление Зиха отвлекло лишь на несколько секунд: убедившись, что новенький им незнаком, мужики вернулись к своему разговору. Зих прошел мимо них в дальний конец подвала, встретился взглядом с бледной молодой женщиной, стоявшей за прилавком у стучащего и чадящего генератора, питающего единственную в подвале лампочку и обшарпанный древний холодильник.
— Что у тебя есть выпить? — спросил он.
— Спирт, — ответила женщина: лицо ее осталось серьезным и напряженным. — Два к одной.
— А крепче не разбавляешь?
— Надо по-своему разбавить, бери чистый.
— Дай мне поллитра неразбавленного и поллитра воды, — сказал Зих, доставая из кармана банкноты. — И закуси какой-нибудь.
Мужики не ожидали, что чужак окажется таким щедрым, но отказываться и не думали — свою выпивку они почти уговорили, на большее денег не было, а тут счастье само подвалило. Зих умело разбавил всем по сто грамм и сам лихо хватанул свою порцию «за знакомство». Спирт был самого скверного качества, на редкость вонючий, но Зиху приходилось пить худшее пойло. Вторые сто грамм окончательно развеяли подозрения забулдыг, а после третьей стопки Зих начал аккуратно разворачивать застольные разговоры в нужном направлении.
— Хорошо тут у вас, — сказал он, заедая спирт пахнущей псиной жесткой солониной. — Правильно мне все родич писал, когда в гости приглашал. Порядок кругом, военные. Безопасно. У нас в городке ?13 такого нет. С заряженным оружием даже в сортир ходим.
— Порядок! — фыркнул мужик, назвавшийся Мироном. — Может, и есть порядок. Только нам от того не легче. Жратвы как не было, так и нет. Все у спекулей проклятых, мать их наизнанку.
— Да, цены у вас кусаются. Был я тут в магазине одном, даже коньяк настоящий видел. Но стоит он, мне за год столько не заработать.
— Это у Марюхи-то? — Мирон скривился презрительно. — Сука она, жаба жадная.
— Но вещей у нее! — Зих разлил спирт по кружкам, разбавил водой. — Мечта, а не вещи.
— А жратва дорогая, — буркнул второй мужик, с огромным темным пятном во всю щеку. — Везде дорогая.
— Но живете же как-то, — заметил Зих.
— Живем, — мужик с пятном вцепился в кружку обеими руками. — Сегодня живем, завтра нет.
— Это ты про заразу? — Зих понял, что пора конкретизировать тему. — Слыхал. Сам просидел два дня в карантине.
— А чего это тебя в карнатин? — Мирон с опаской отодвинулся от охотника. — Может, ты того…
— Да не ссы, родной, все в порядке у меня. Комендант
