за сутки причале, на пустынном берегу моря близ устья Шельды, копошились люди: два десятка сержантов и рыцарей ордена храмовников, сновали между многими клетками с сидящими в них людьми и шести огромных бочек, каждая из которых была установлена на отдельную, похожую на огромную половинку сундука, телегу.
Лошади, запряжённые в телеги, часто «переступали» копытами и нервно поводили и трясли шеями, стоящим возле них возницам приходилось успокаивать их : морковью и яблоками, поглаживанием конских грив и постоянным шёпотом на ухо.
Вдали, в море-виднелось огромное судно. Даже сейчас, при ночном освещении одним лишь Месяцем-были видны «циклопические» размеры корабля и его бочкообразно округлённый кверху корпус. Нижняя часть судна -поблёскивала тусклым светом отражаемым от листов меди, которыми обшили значительную площадь корабля.
Один из трёх рыцарей храмовников, что не прохаживались пешими,а сидели на лошадях-громко выругался и спросил у ещё одного своего собрата: «Да когда уже?! Эти морские идиоты, из иовитов, опять тянут время! Нам надо поскорее уложить «груз», что бы всё прошло «по-инструкциям» госпитальеров…так нет же!»
Подошедший рыцарь госпитальер, что до этого находился у бочек на телегах и беседовал с возницами, приблизился к ругающемуся храмовнику и начал его успокаивать: «Всё хорошо, брат! Я слушал бочки-обычное урчание и всхлипывание. «Груз» абсолютно спокоен и нет повода так переживать. Давайте просто подождём.»
Наконец от причала в направлении судна отплыли несколько лодок. Вскоре они вернулись и соскочивший с одной из них, рыцарь храмовник , подойдя пружинистым шагом доложился сидящему на лошади начальнику: «Иовиты готовы принять»груз»и распределить наши вещи, согласно приказу, полученному от «коллегии кардиналов Совета». Говорят, что могут устроить бочки с «грузом»на одной из нижних палуб, там есть помещения из нескольких комнат: одна огромная и пара-поменьше. Для «груза», его охраны и соответственно…питания. Хи-хи-хи»,-храмовник нервно хихикнул и несмотря на неодобрение, что сквозило во взгляде сидящего на коне командира,продолжал подёргивать плечами и хихикать себе под нос.
-Роже,вы устали. Спасибо за исполнительность. Я бы не хотел лишиться столь доблестного лейтенанта…ммм…в связи с его переутомлением. Оставайтесь на берегу и больше не подходите к «грузу».
Услышав данный приказ от своего командира,лейтенант храмовник просто кивнул и побрёл вдоль береговой полосы, тупо пялясь себе под ноги. Он периодически что-то бормотал и тряс головой.
Старший из храмовников обратился к оставшимся двум братьям рыцарям,что сидели на лошадях: «Ещё один. Теперь-Роже…Не спорю-неприятное, но крайне важное поручение! Ладно! Надо выполнить задачу поставленную нам самим генерал-магистром нашего ордена и кардиналом Толедским. Итак, что теперь сделаем: вначале погрузим обычную поклажу- провиант, оружие, вещи. Потом, убрав на судне охрану иовитов и заменив её лишь нашей-на это у меня есть соответствующее распоряжение кардинала, начнём везти и сам «груз». На одной лодке-один бочонок. К каждому бочонку-по пять сержантов и рыцарь, для охраны. Чуть что начнёт идти не так-скидываем в воду, без промедленья! Госпитальеры пообещали что это поможет…Людовик, вы отправляйтесь на судно и предъявите данную грамоту».,-командир храмовников передал своему лейтенанту небольшой пергамент с несколькими печатями на трёх лентах,- «Объясните это всё временными трудностями и попросите убрать всех иовитов , с пути укладки «груза», оставив лишь тех-кто будет нам указывать дорогу. Желательно что-бы это были рыцари, а не простые сержанты или моряки. Так, теперь вы , Тибо: ждите вести от Людовика о том, что «путь чист» и можете приступать. Один рейзеканн-одна бочка, охрана-как я уже говорил ранее. Иовитам ничего не объясняйте, они должны лишь отвезти нас к месту проведения операции, а не знать лишнее…Будут интересоваться-отшутитесь. Выполнять!»
Храмовники разъехались в разные стороны: первый, командир отряда- поскакал на небольшую дюну, с которой было хорошо видно гигантскую каракку и суетившихся возле неё»букашек» ,состоявшх из: барков, лодок и райзеканнов. Второй же, лейтенант Людовик- уже отплывал в одной из лодок, вместе с десятком сержантом и пятью рыцарями — к этой самой каракке, а третий офицер храмовник, лейтенант Тибо- подъехал к одной из клетей, в которой недавно начал биться в истериках молодой мужчина, в рваной одежде и с босыми ногами.
Глядя на воющего и кричащего не своим голосом парня, Тибо спросил у сержанта, что был старшим надзирателем при пленниках: «Что с ним? Успокой!»
-Господин лейтенант!
