отнесли в корабельный лазарет.
Хелег теперь заметил: что двери на этажи храмовников-третий и четвёртый, кормовых надстроек корабля, уже были утыканы арбалетными болтами и имели «сколы», видимо их били топорами или баграми, в надежде вышибить.
Командир иезуитов Мигель, залез на небольшую площадку возле носовых надстроек, на которой Хелег видел «разливайку» ,для моряков и сержантов- в первые дни пребывания на судне и заорал: «Хватит! Вы сами друг друга «положите» или судно затопите! Хватит!!! Пускай храмовники сидят там, у себя в помещениях: в осаде, когда зайдём в порт-сдадим их всех ,следователям коллегии кардиналов!»
Толпа, состоящая в основном из иовитов, стала гневно, но в разнобой орать: «надо самим перевешать и пилами-надвое распилить ,этих богоотступников и преступников», но Мигель, переждав несколько минут гул-продолжил: «Ничего не поджигайте и не взрывайте-это же ваше судно! Никуда они из своих нор- не денутся и мы их накажем, Верьте мне, братья мои!». Слова, спокойные жесты и прижимание рук к сердцу, всё это немного успокоило людей и они начали говорить, что может так и следует поступить.
Внезапно, со стороны кормовых надстроек,где были посты меченосцев- блокирующие выходы с этажей храмовников, раздался крик: «Капитан Ксавье-хочет переговоров! Он просит, брата Мигеля, начать переговоры!».
Люди на палубе- вновь начали орать и грязно ругаться ,потрясая оружием, однако иезуит уже бежал через гомонящую толпу, на третий этаж кормовых надстроек, а Хелег-вслед ему.
Подвинув, дежуривших на созданном меченосцами импровизированном блокпосте сержантов, Мигель громко заорал: «Брат Ксавье! Вы меня слышите!».
После минутной паузы и возни, как показалось Хелегу: столы волочили с лавками, капитан храмовников Ксавье ответил своему визави: «Да, брат Мигель, прошу начать переговоры…»
Сзади, за дверью, начался: град невнятных слов и топота, лязг железа и стуки по дереву, но Ксавье продолжал: «Прошу начать переговоры! Это необходимо всем-уже какой то «кошмар въяве» начался!»
-Слушаю вас, брат Ксавье,-подчёркнуто вежливо возвестил Мигель.
-Я хочу сразу заявить, от имени всех братьев Храма: мы не захватывали или убивали капитана корабля и его офицеров. Случай с захватом нескольких сержантов- скорее дурацкая попытка «пресечь разговоры», когда наши младшие братья перестарались в рвении и не более! Я готов, как и раньше- отвести вас к «грузу», но осмотреть его, можете лишь вы, брат иезуит! Клянусь! Я сам не понимаю происходящего! Нам, в нашей миссии-желательно было не привлекать внимания, а вместо этого: постоянные склоки , а теперь ещё-угроза резни на судне…между братскими орденами! Прошу прекратить бессмысленное избиение. Мы готовы предстать перед комиссией «Совета» или коллегии кардиналов, что нас и послала в данный поход, и ответить на все вопросы. Я лично объясню кардиналам: о «грузе» и том, какие приказы отдавал сам или получал от командиров всех рангов. Но повторяю, брат Мигель: мы не начинали всего того, что нам приписывают и что сейчас так бесит, братьев иовитов, клянусь!»
Часть стоящих внизу людей слышала переговоры и по просьбе остальных, начала их пересказывать: тут же образовались группы «слушателей», того или иного рассказчика, люди на палубе переходили из одной группы в другую и постоянно переговаривались. Несмотря на все клятвы командира храмовников, иовиты хотели крови последних, однако, как заметил Хелег-уже не так ярились и попыток штурма даже не планировали.
-Хорошо! Я услышал вас и готов принять ваши уверения! До завтрашнего утра-прошу не покидать своих этажей, а в десять часов утра, мы с вами и главным доминиканом- спустимся к «грузу» и вы мне всё объясните. Как мы ранее и договаривались! Надеюсь вы и сами, брат Ксавье , понимаете всю опасность своего положения и ваши люди-тоже. Думаю, если у вас столь почтенные поручители в коллеги кардиналов и такая важная миссия, мы быстро договоримся. Вы меня слышите?
-Да, брат Мигель! Полностью одобряю! Завтра, я всё смогу объяснить и надеюсь- мир восстановится на корабле. Всего доброго!
Иезуит спустился и взяв под руку лейтенанта Гюнтера и рыцаря иовитов, принявшего на себя управление кораблём-ушёл с ними в капитанскую каюту. Вскоре прибыл вестовой, от «триумвирата»: посты, на входах этажей храмовников-оставить, но никакого преследования -не предпринимать. Если будут требовать переговоры-звать немедленно.
Последние часы перед закатом, прошли у Хелега за тем, что он смотрел- как откачивают воду за борт: через шахты у грот мачт, которые он вначале не замечал- из за решёток их закрывавших. Также несколько «фонтанов» ,переливали воду
