Меченосец, не без опаски, начал выбираться на верхнюю палубу. Когда он наконец, слегка пригибаясь что бы быть незаметнее, выбрался на неё-уже вполне светило поднявшееся солнце и вся верхняя палуба была освещена в достаточной мере: и опять, как и вечером прошлых суток-повсюду валялись трупы. Разодранные и окровавленные куски человеческих тел- лежали разбросанными отдельно, во множестве. Многие двери надстроек, особенно кормовых-оказались выбитыми или вырванными и при усиливавшемся ветре, глухо часто перестукивались .
Вылезая уже полностью, Хелег вытащил «ухорез» из за плеч и теперь держал его в правой руке. Глядя на очередной разгром на верхней палубе, ему пришла в голову идея: что возможно он перестал слышать перебежки и топот монстров- внутри корабля, по причине их перемещения-на его верхние части и он вообще зря так рвался, вернуться вновь- к солнечному свету и людям. Которых возможно больше не было в живых…
После разворошенной баррикады на кормовых выходах, второе, что шокировало вернувшегося разведчика-корзины на грот мачтах, где обычно находились наблюдатели и баллистарии: они все были разодраны и обвисли вдоль самих мачт. Под ними лежало с десяток человеческих тел, в основном в неестественных изгибах и вывернутыми, под всевозможными углами, членами.
Раздался короткий свист и меченосец, от напряжения и неожиданности- подскочил в небольшом прыжке, потом взял себя в руки и начал крутить головой во все стороны, словно надеясь увидеть подходящих «вразвалку» монстров, что вместо обычной атаки с рыком, решили подсвистом- обратить на себя внимание.
Очень высоко, там где должна была начинаться площадка «таверны», какой то человек махал руками и явно подзывал Хелега присоединиться к нему. Вернувшийся разведчик короткими перебежками, стараясь не наступать в лужи крови и мочи, в обилии пролитые по всей верхней палубе-бросился по трапу в «таверну», надеясь получить объяснения, а главное-надежду на спасение.
Человеком, что издавал свист и звал к себе меченосца -оказался капитан иезуитов Мигель. Мигель криво ухмылялся: его лицо было сильно, но достаточно разодрано и явно не оружием, слишком неровными были «узоры» ран . Хелега он искренне обнял и тут же: полу пригласил- полу втолкнул, через «новую-старую» баррикаду близ входа в «таверну».
-Что здесь случилось?!,-скорее негромко произнёс меченосец, однако ужасаясь в душе.
-Браааат Хе-елег…а давайте немного выпьем вина, любого! Вот после этого и поговорим: о делах наших скорбных и том: что ,как и кому -дальше делать.
В »таверне» оказалось ещё пять человек- все сержанты или моряки, и Мигель, проводив Хелега на их знакомое место первого посещения «таверны», начал просвещать меченосца в том, что произошло после ухода последнего, за всеми ожидаемым пергаментом:
-Через час, после вашего ухода, брат, всё и началось: сначала, непонятная «возня»- возле прохода через который мы вас отправили в поиск, потом, внезапно появились рыцари: храмовник лейтенант Тибо и госпитальер Салазар, с четырьмя сержантами и начали орать нам о том- «что вся охрана, возле кормового прохода уничтожена». Мы туда все и бросились, а сразу при этих словах Тибо- ещё и баррикада запылала…-Мигель покрутил кубок с вином в руках и грустно добавил,-а мы дружно, словно последние идиоты, вместо того что бы спокойно сообразить: что «особи» не могут сами ничего поджигать-начали орать и требовать «готовности к их нападению» ото всех. Сзади нас, за нашими спинами- спрятался один из сержантов, что были с Тибо и когда мы начали вёдрами с водой тушить огонь на кормовом завале, он внезапно кинул какой то мешок, в пламя. Пока я повернулся у него узнать, что и зачем он делает-раздался взрыв и меня ударило о ближний борт. Удар был средней силы , но я на время потерял способность слышать и меня поднимали с палубы остальные.
Иезуит показал Хелегу на травмы, на правой стороне головы и сильно ободранное и почти в сплошном синяке плечо, после чего продолжал : «Порох! Эти скоты- видимо давно всё продумали, не зря Тибо так рвался в «разведку» ,на поиск потерявшейся эскадры сопровождения, на этом самом чёртовом барке…Может и прочие «странные происшествия»-их дело, а может -просто с ума сошли, от всех последних событий. Группа Тибо, скорее всего сама зарезала кинжалами -охрану кормового прохода, сама подожгла баррикаду и когда мы почти все побежали исправлять случившееся, надеясь погасить огонь и спасти завал- стала готовить барк к спуску, утверждая выставленным для охраны иовитам-что я лично приказал и требуя немедленно исполнять,а не отвлекать меня , тушащего в то время огонь, » по всяким пустякам!». Взрыв, как объяснил сержант бросивший
