Хемлок Гроув

Убить другого человека, это не выход в цыганских кругах. Это немыслимо. И чело- век, сотворивший такое, немыслим. Не было ни наказаний, ни санкций против таких вещей, несовместимых с дыханием духа, что проходит и объединяет все в мире. Это просто конец для одного, совершившего такое, он больше не существовал. И нет нака-

зания страшнее, чем лишить кого-то сердца. Следующим утром Николай проснулся в одиночестве на голой земле, где кровь его друга покоилась на растаявшем снегу, и был слышен звук, уезжающего табора с его братьями, звук его сердца вынутого из тела.
Вот откуда это, – сказал Питер.
Он указал на свои ребра с татуировкой «г» на них.
Это значит гаджо. Изгой. Николай был изгоем всему миру, а я был с Николаем.
Как он попал сюда? – спросил Роман.
был только один способ. Он был невидимкой для всех своих людей и умер бы со сво- им большим пальцем в заднице, если бы не два его старейших в мире друга: его ноги. Он пошел. Он шагал дни и ночи, и в дождь и в солнце и не остановился, пока не попал в Америку. И тут он начал все сначала.
Невозможно прийти в Америку, там же океан, – сказал Роман.
Ну, он нашел способ выпить его, – ответил Питер.
Роман взглянул на него.
Это из Библии, — уточнил Питер.
В Библии это чудо, ты не выпиваешь океан, – запротестовал Роман.
Ну, а он сделал, – сказал Питер. – Это было на письме, а Николай не знал даже, как расписаться, и ему было плевать, правильно ли он говорит. Итак, он ходил вверх и вниз по пляжу, а затем, он пошел вглубь страны, пока не нашел водоем, где привязал листья кувшинок к свои ботинкам. И вот как он пришел в Америку.
Роман не был удовлетворен. Но так как исследование этой истории, все равно вело в тупик, он сменил тему. Он спросил как это все касается Питера.
Это моя кровь, – ответил Питер. – Кровь… пятна.
Роман взял соединение вагонов и задумчиво взвесил в руках.
Бля-я – сказал Роман.
Бля-я – поддержал Питер.
Как думаешь, кто такая Чоссер на самом деле? – спросил Роман.
Уж точно не второе ухо на моем члене, – сказал Питер. – Единственное, что меня вол- нует, не оказаться в клетке.
Роман, помолчав:
И, что теперь?
Сделаем, как ты и сказал, – ответил Питер. – Найдем варгульфа. И остановим его.
Роман ударил соединением по ладони несколько раз:
Как?
Если есть время до следующего полнолуния, поможем ему, – сказал Питер. – Воз- можно, он даже не знает, что делает.
А если нет?
Я убью его.
Роман посмотрел на другого мальчика, внутри которого скрывался волк.
Ты сможешь?
Я сделаю то, что необходимо, – ответил Питер, который в прошлый момент истины не смог свернуть шею лисе даже из необходимой жалости и не мог обещать себе, что он сделает или не сделает при повторении такого сценария. Но, он знал, ему необходи- мо казаться куда более значительным на глазах упыря.
Так, если мы собираемся сделать это, – сказал Роман, подчеркивая слова, пытаясь избавиться от любого сомнительного впечатления в своем голосе, – с чего начнем?

Лизу Уиллоуби, – ответил Питер.
Похоже, там тупик, – вставил Роман.
Что от нее осталось, – произнес Питер. – Нужно найти, где ее похоронили.
Зачем?
Мы ее выкопаем.
Питер не был уверен в радостном всплеске зеленого света в глазах Романа Годфри, ознаменовывает ли он в будущем хорошее или полностью ебнутое партнер- ство между ними.
Мы не будем называть себя Орденом Дракона, – добавил Питер.
Ты… знаешь, какой он, – поинтересовался Роман, запинаясь. – Вкус страха?
Питер не знал, что ему больше не по душе: идея формулирования стоящего от- вета на этот вопрос или что он был задан. Потому он избрал стратегию, использую им в делах с противоположным полом: ответить естественно, словно ведется абсолютно другой разговор.
Бродяга, шатающийся по Килдерри парк, – сказал Питер. – Мы также можем попы- таться поговорить с ним – кто знает, может он что-то видел.
Роман молчал.
Какой бродяга? – спросил он.

***

Из архивов Нормана Годфри: НГ: Вы хотели меня видеть?
ФП: …
НГ: мистер Пульман? Френсис? ФП: Я… видел это.
НГ: Что?
ФП: Есть и другой. Я не знал, что есть еще один. НГ: Другой кто?
ФП: …
НГ: Вы не знали, что есть еще один? ФП: Еще одна девушка.
НГ: Что вы видели, Френсис?

***

Лета спала, когда что-то неясное разбудило ее и она увидела в дверном проеме силуэт с ощутимой болезненностью в нем.
Папа? – сказала она.
Прости, – отозвался Доктор Годфри. – Я не хотел будить тебя.
Все в порядке, но… с тобой все хорошо?
Он подумал над ответом:
-Нет.
Идем сюда.
Минуту казалось, он