Хемлок Гроув

последний вздох ушел, проклясть их, чтобы их члены отвалились, – говорил он глазами. – Скажи Линде, когда она почувствует ветер перед первым весенним дож- дем – это мой дух, залетел проверить, что она все так же толста, как и сегодня.
И, Роман. Помоги Роману стать мужчиной путем света и любви. Ни одним другим путем. Скажи Роману… все, что я мог.
Ты полна любви и света больше чем кто-либо, кого я знал, – говорили его глаза. – Про- сти, что никогда не увижу, как ребенок будет висеть, присосавшись к твоей груди.
Мне жаль, что я больше не увижу твою грудь. У тебя прекрасные сиськи и я буду скучать по ним.
Нос опустил кулак на почки Питера.

Он потеет, как нигер, старающийся читать, – сказал он.
Превозмогая боль, мысль поразила Питера – разве он не почувствовал как холод- но вокруг?
Раздался треск и на крыльце появилась Шелли. Шея взглянул на нее и произнес:
Блядь, просто замечательно.
Зайди обратно в дом, – приказал Нос.
Шелли не пошевелилась.
Иди обратно в чертов дом!
Шелли начала раскачиваться из стороны в сторону. Она издавала низкий причи- тающий звук, как встревоженное жвачное животное.
Идеально блядь, – сказал Нос.
Вам не обязательно кричать на нее, – вмешался Питер. Он знал, что последует удар, но просто был обязан: рука мужчины тяжело ударила его по лицу. Нытье стало без- звучным воплем, когда Шелли закрыла лицо и пошатнулась.
Ты разберешься с этой чертовой тварью? – произнес Нос, разминая костяшки паль- цев.
Но внутри раздался еще какой-то шум, и Шея встал у двери, стараясь разглядеть, не решил ли еще кто-то присоединиться к их вечеринке.
Вы не должны этого делать, – тихо сказала Лета, все еще сидя на земле. – Вы думае- те, что Да, но это не так.
Лицо Носа стало красным, как у пьяниц, а на шее вздулись вены.
Еще одно слово и твой засранец будет выпотрошен, как рыба, прямо тут!
Шелли начала непроизвольно светиться.
Что за черт!? – сказал Шея.
Из дома появился Роман. Все, кроме Шелли замолчали. Роман обвел взглядом сцену. Он не видел Шею, стоявшего за дверью.
Вот так, – произнес Шея, – пистолет направлен тебе в голову. Не, повторяю, не обора- чивайся.
Роман обернулся.
Назад! – крикнул Шея.
Роман пристально посмотрел ему в глаза.
Засунь пистолет себе в рот, – сказал он.
Шея сунул дуло в свой рот. Нос начал двигаться к Роману, но Роман навел на него палец, не сводя глаз с Шеи и сказал:
Если он двинется, нажми на курок.
Шея выпучил глаза и хрипло, неразборчиво – из-за дула – проворчал, и Нос остановился. Роман подошел к Шелли. Он положил свои руки ей за голову и притянул вниз, на корточки, чтобы приложить свой лоб к ее и дышать вместе с ней, успокаи- вая. Он успокаивал, потому что сам был спокоен. Он совершал ошибки по глупости, но только не сейчас, когда он подъезжал, он услышал звук, говорящий, что его сестре нужна помощь, и это все, что ему нужно было для концентрации.
Лета стояла рядом с Питером. Она не понимала, что только что увидела, но ей и не надо было. Она дотронулась до его лица и убрала пряди волос с его глаз, заправив их ему за уши. Ей нужно было это сделать.
Роман, обращаясь к Носу:
Сними наручники.

Нос колебался.
Роман взглянул на Шею. Его лицо обливалось потом, и он тяжело дышал через ноздри.
Если он не снимет наручники, пока я считаю до трех, нажми на курок.
Один – начал Роман.
Нос освободил руки Питера. Питер потер красные кольца, оставшиеся на запя- стьях. Нос с яростью и страхом опустил глаза в землю: отражение подростка встретив- шего ненавистных копов.
Питер взял Лету за руку. Он видел как Шелли, заметившая эту маленькую бли- зость, немного залилась краской. Никто о тебе не забыл.
Сейчас пойдешь к своей машине, – Роман инструктировал Шею. – Этот пидр повезет тебя по 19 шоссе до границы с Аллегхени.
Нет причин называть его пидором, – сказала Лета.
Хорошо, тогда, когда этот… яйцеголовый довезет тебя оттуда по 79-му до границы с штатом Вирджиния, ты сможешь вытащить пистолет изо рта. И ты, – обращаясь к его напарнику, – ударь себя в нос.

***

Кто-то рассказал ей, – сообщила сестра Котар. – Мы собирались подождать, пока вы не приедете решить, как справиться с… ситуацией. Но она знает.
Годфри глубоко вздохнул и постарался обдумать все причины не пробить кула- ком стену из гипсокартона, но только одна приходила на ум. Он бы не смог.
Каково ее состояние? – спросил он.
Кататония. Не плачет, не говорит. Я дважды проверила, убедиться, что она моргает. И, доктор. Ее волосы.
Он вошел в комнату Кристины Венделл. Она в кресле, ноги на полу, руки лежат прямо, на коленях. В обычном состоянии