Хмурый

Вся тряска проходит. В руках острога самодельная. Рыбу бил! Ни одного промаха. И что интересно! Всегда только в голову!
— Солидно! Рыбу в голову, это как слепого пса в глаз.
— А я сам видел!
— Чего ты видел, Седой?
— Слепого пса, в глаз. И не одного, а двух. Оба в глаз, из пистолета, с тридцати метров, в свете фонаря. Два выстрела — два пса. И я уверен! Был бы и третий, если бы не слинял.
— Хороший сон тебе приснился, Седой. А вот мне сегодня присни…
— Сон, говоришь? А вот послушай! А не поверишь! При встрече Соловья спросишь. Он со мной был. А дело было так! Притаскивает какой-то тип ночью к нам Скрипача. Ну и ждет у ворот, когда мы ему откроем. Ночь! Е-мое! А рожа у него как у контролера. Ну, думаем, хрен тебе.
— Я не понял! Ты, чо, Скрипача не знаешь?
— Скрипач без сознания был. Его химера покарябала.
— Ого! Скрипач химеру завалил! Молодец!
— Да никто ее не заваливал! Слушай! Баскет! Не перебивай! Ну вот. Стоит он у ворот. Мы говорим, мол, извини, но не пустим. А ему хоть бы хны. Не пустите и не надо. Положил Скрипача, свое барахлишко. Сидит, курит. А нам скучно, да и что он нам из-за ворот сделает. Начали с ним базарить. Откуда? — от Евлампия. Через тоннель? — через блокпост.
— А чо, америкосы кордон открыли?
— Хрен с маслом!!! Он их перебил и от вертушек ушел через лес.
— Седой! А это перебор! Ты видел там охрану?
— Вот и мы с Соловьем говорим: Врет! Он там, мы здесь. Врет. Ну и хрен с ним. Сидим, курим, продолжаем базар. Скрипача где нашел? — на выходе из леса. Наткнулся? — Химера подсказала.
— Я понял! Седой про Черного Сталкера рассказывает или про Проводника.
— Нет, Баскет! Его зовут Хмурый. И попомни мое слово — ты еще не раз про него услышишь. Таких Сталкеров Зона бережет.
— Затухни Баскет! Не мешай Седому. Кстати я слышал про Хмурова. Утром рано Лис пробегал. Охота на него. Вояки устроили. Хмурый его выручил. Говорит, что солидно выручил. Как — не знаю. Лис шустрый. Пошуршал немного и свалил. Давай, Седой, продолжай.
— Ну вот, значит. Курим — лялякаем. Химеру убил? — нет, девчонка еще. Ну цирк! Мы с Соловьем еле сдерживаемся. Тут, Хмурый вскакивает с пистолетом в руках. Смотрит на шоссе. Мы туда посветили, а там три слепых пса на него летят. Обнаглели, ночью-то. Он бах, бах! Два пса с копыт. Третий в темноту.
— Ну, а, вы?
— Ну мы ворота открыли и впустили его. Если бы он хотел, то давно бы нас грохнул. Это без вариантов! Утром осмотрели псов. Оба в левый глаз. Кстати стрелял с левой руки, а автомат висел с правой. Похоже спец. Только он не помнит ничего. Выжженный. Скрипач оклемался и кое-что рассказал. А тебе, Баскет, особо скажу. У него пистолет «Пустынный Орел» и ранец десантный! Понял!? А теперь подумай своей корзиной, где это можно надыбать?
Сталкеры замолчали. Хмурый тоже притих. Вставать сейчас не следовало. Раньше можно было, а теперь неудобно. Вот его Седой подставил. Теперь придется ждать, когда они уйдут, а то вопросами завалят.
— А я верю Седому.
— Это твое дело, Абориген. А что касается меня, то я оставлю это пока. Ну, как информацию для размышления. Ну что, парни. — Баскет обратился ко всем Сталкерам. — А! Хряпнем для тонуса и в Росток?
— Давай, Баскет, разливай. — Голос Аборигена был слегка задумчивый. — А я вам сейчас расскажу один случай. Думал, что никогда об этом не буду рассказывать, чтобы не сочли за психа. А если Баскет будет меня перебивать, то я его грохну, как только выйду из оружейки.
— Да ладно тебе, Абориген! Буду нем, как рыба об лед.
— Ну, тогда, слушайте! В том году это было. Сразу после выброса, мы с Тараном, пошли в Темную Долину. Там полно аномалий, ну и решили артефактов пособирать. Нам бабульки нужны были. Экипировка, долги, ну и вообще… Хабара набрали под завязку. Возвращаемся назад. Настроение обалденное. Вдруг! Фить! Фить! А потом звук выстрелов. Крысы! И на приличном расстоянии. Мы за камни залегли. Лежим, вычисляем. Голову высунем и быстро назад. Короче, по направлению полета пуль, вычислили гадов! Начали в ответ отстреливаться. Ну и так вот с полчаса. Смотрю, а Таран уже звереть начинает. Таран, он и в Африке Таран. Он на Дальнем Востоке в СОБРе служил. У них все в темпе, нахрапом. Затяжная перестрелка считается провалом операции. Парень честный. Вот его кто-то и подставил «Якудзе». От нее он и нырнул в Зону. Ну так вот! Рванул он к бандюгам. Я прикрываю. Леплю по камням, где они сидят, длинными очередями. Смотрю, а Таран падает. Ах, мать вашу! Вскакиваю и вперед. В глазах смерть, на спидометре сто пятьдесят. Короче. Ничего не соображаю. Только успеваю магазины менять. Двоих пришил. Один остался. И тут бац!!! «Калаш» клинит!!! Дергаю затвор. Хрен наны!!! Бросаю автомат, тянусь за гранатой. Смотрю! Слева из