Каждую субботу в подъездах домов стали обнаруживать трупы женщин, которых, казалось бы, ничего не связывает, кроме способа убийства. Рядом с жертвами найдены странные предметы с символикой игральных карт. Невероятная догадка посещает следователя прокуратуры Машу Швецову, уже известную читателям по романам «Танцы с ментами» и «Мягкая лапа смерти». Два исполнителя, один мозг. Но каков мотив этих убийств?
Авторы: Топильская Елена Валентиновна
кроме еды, говорить можете?
— Можем, — ответила я, — о пяти нераскрытых убийствах как раз и поговорим.
— Так, что за убийства? Почему я не знаю? — промычал Горчаков с набитым ртом. Пирожок ему и вправду на один понюх.
— Мне дают в производство серию, пять убийств со всего города…
— А я? — подозрительно спросил Горчаков, сделав мощное глотательное движение.
— Что — ты?
— А почему тебе, а не мне?
— Завидно? Потому что я выезжала в субботу на один из этих трупов.
— А я что буду делать?! — заныл Горчаков.
— А на тебя возложена почетная обязанность обеспечить мне спокойную работу по спецпоручению.
— Чего?! — завопил Горчаков, переводя взгляд с меня на Синцова и обратно.
— Того. Я же буду работать по серии, а ты будешь расследовать дела района.
Лешка недоверчиво хихикнул:
— Андрюха, скажи ты ей, чтобы так не шутила с пожилым отцом семейства. Меня же кондратий хватит.
Синцов ласково потрепал его по голове:
— Спи спокойно, дорогой товарищ. Девушка правду говорит.
— Предатель! — повернулся к нему Горчаков. — Нас на бабу променял! Вместо того, чтобы поработать со старым другом…
— Ладно, старый, не сердись. Скушай лучше пирожок и перейдем к делу.
Лешка тут же схавал предложенный пирожок и деловито сказал:
— Может, и я на что сгожусь? Рассказывайте.
Андрей вытащил из-за пазухи пластиковую папочку.
— Вот, Маша. Я тебе привез обзорную справку по четырем убоям. Пятый — твой случай, Антоничева. Я на всякий случай и копии фототаблиц захватил.
Я жадно схватилась за бумажки и стала читать.
Иванова, тридцати лет, судя по фотографиям с места происшествия, хорошо одетая привлекательная женщина. Если можно судить о привлекательности по вывернутому от ужаса мертвому лицу. Труп на лестничной площадке третьего этажа, перед лифтом. Рядом с трупом в луже крови — брошенная сумка с продуктами. Сверху, наполовину выпав из сумки, — кошелек.
— Сколько, ты говорил, там было?
Синцов отвлекся от разговора с Лешкой и взглянул через мое плечо на фотографию:
— Около пяти тысяч.
— И никто эти денежки не прикарманил? Даже странно.
— А практически сразу ее муж вышел на лестницу и находился там до самого конца осмотра.
— Понятно. — Я перевернула страницу обзорной справки. — А муж-то сам не при делах?
— Черт его знает. Говорит, что вышел на крики, он же труп и обнаружил. Покрутили мы его и так, и сяк, примерили. Вроде нет, но в подозреваемых оставили. Правда, крови на нем нет, но здесь тот же механизм нанесения повреждений, что и по последнему трупу: захват сзади, прижимает жертву к себе спиной и наносит удары по передней поверхности тела. Эта, кстати, сопротивлялась — видишь, руки все порезаны.
— Может, поэтому и не взяли ничего, кроме цепочки? Она сопротивлялась, кричала, испугались шума, дернули цепочку и бегом?
— Может, и так, но по логике, если это убийство с целью ограбления, сначала должны были дернуть сумку, в которой сверху лежал кошелек. А потом испугаться испугались, но десять ножевых все же успели нанести.
— Согласна. Кроме мужа, версии были?
— Ну, грабители местные. Я кивнула:
— Это понятно. И что?
— По местным я сам поработал, ну, естественно, в контакте с территориалами. Похоже, что чисто. По крайней мере, источники молчат и похожих случаев в окрестностях не было.
— Слушай, а где этот дом? Улицу Левина я представляю, а дом — не очень.
— Знаешь, там возле трамвайной остановки небольшой барчик с игровыми автоматами? С такой яркой рекламой — три семерки, карты, бананы какие-то? Вход с улицы один — в парадную жилого дома и в этот барчик. Игровые автоматы — на первом этаже, сбоку, а чуть дальше — лифт и лестница.
— Так. Пока свободен.
Я стала читать дальше. Анжела Погосян, двадцать три года, убита в субботу, в три часа дня в парадной дома, где на втором этаже живет ее подруга. Труп обнаружен этой самой подругой, которая стояла на лоджии и видела в окно, как Анжела вошла в подъезд, и забеспокоилась, что той долго нет. Выглянув на лестницу, она увидела Анжелу, ползущую по ступенькам к ее квартире. Шуба Анжелы, ее лицо и руки были в крови. Подруга в ужасе выскочила на лестницу, подбежала к Анжеле, но та успела только поднять голову, сказать: «За что?», и тут же скончалась на руках у подруги.
— А криков подруга не слышала?
— У нее была музыка включена громко, на весь дом. Она не слышала даже, как соседи ей в стенку стучали. Соответственно и соседи ничего не слышали.
— А повреждения какие? Ах да, вижу — три удара ножом в грудь и три в спину.
— Я говорил
