Холодный оружейник. Трилогия

пробежались по деревьям. Прямо таки объявление войны.
Я не чую в округе других шиноби. Куратор?
Лучше не рисковать ответил Сакурано, не оборачиваясь.
Скуука.
Проходя в номер, отметил человечка с хорошо замаскированной, но всетаки развитой системой циркуляции. Такой разваливающийся старичок. Прикольно. Шиноби возраста чуть ли не третьего Тсучикаге он из руководителей Великих Деревень самый древний. Любопытно. Что такой пенсионер делает в гостинице на одном из торговых путей Страны Огня? Не на миссии же он, честное слово. Такие глубокие старики, у которых уже от старости начал деградировать очаг, уменьшая резерв, среди шиноби редкость. Просто немногие способны перевалить семидесятилетний рубеж, после которого процессы разрушения организма начинают зримо проявлять себя, даже несмотря на использование чакры. И все эти старички пользуются немалым почетом потому что тот, кто доживает до таких лет это эталон, по которому преподаватели Академии вычисляют соотношение ума, силы и хитрости, необходимые подрастающему поколению.
Клановые, как тот предок Мэй, давший мне Лаву, доживают в тиши и покое персональных покоев, охраняемые как бы не лучше молодняка. Такой старик в клане зримое доказательство силы каждого отдельного члена клана. Некий сигнал потенциальным союзникам эй, нам можно доверять. Мы не сдохнем в середине войны, оставляя вас на произвол судьбы. Мы выживем и вместе с вами закатим пир на костях врагов.
У Юкки самому старому члену клана было шестьдесят семь, когда клан признали уничтоженным. Сейчас, по легенде, Тобимару тридцать два. Но то, что он не просто пережил резню, но и возглавил возрожденный клан, придает ему авторитет сорокалетнего. Не голь перекатная, но и до респектабельности Юкки нам далеко. Неплохо, хотя рекорд Удзумаки скончавшаяся в возрасте ста семи лет прапрабака предпоследнего главы кланы никто побить так и не смог.
Даже если старик неклановый, в его родной деревне, будь это задрипанная Звезда, раздавленная Трава или блистательный Лист ждет личный дом, охраняемый отрядом АНБУ. Просто потому, что для знающих шиноби, вот этот старик, особенно бесклановый, желательно окруженный толпой внуковправнуков живое доказательство того, что в этом Поселении можно оставить после себя не только имя на монументе. «Честь и слава» это хорошо. «Честь, слава, толпа потомков и нехилая пенсия» гораздо лучше.
Ао вообще считает, что Сарутоби стал Хокаге именно потому, что у него, среди прочих равных по силе претендентов, уже были дети. Пропагандистский символ для своих. Символ, что Скрытый Лист это не приговор, не билет на тот свет. А совсем наоборот.
Сфера расширяется до максимума. Так, Мито сидит в позе лотоса наверное, возиться с синхронизацией с клоном. Горо отжимается прямо в номере. Сакурано строчит. Должно быть, отчеты комуто из своих нанимателей.
Пятый шиноби в радиусе двух километров, медленно поднимается по лестнице. Отлично.
Маскировка. Клон на кровать. Выйти в коридор, отставляя иллюзию закрытой двери. Закрыть дверь и тихо развеять иллюзию.
Старик сидит на кровати и смотрит на фотографию. Да, да, цветная, почти неподвластная времени и микробам фотография гражданские производства из прошлой эпохи все так же клепают телевизоры и кассеты, поляроиды и рации малого радиуса действия. Жаль, что никакого производства оружия того времени в Тумане до сих пор не найдено. И в остальном мире к счастью.
Взрывные печати, нити чакры для активации все разрезается микроскопическими клинками из Ветра. Я тихо вхожу, показывая правую открытую ладонь, пока левая рука возиться с дверью.
Генмасан, Мастер Ловушек Скрытой Стрекозы?
Дверь с тихим скрипом встает на место.
Я бы хотел поговорить с вами.
Спокойное, неподвижное лицо наконец прорезает открывшийся рот.
Ладно, Юкки. Я действительно Генма. Тот самый Генма.
Значит, я действительно правильно понял эти знаки.
Если старикшиноби не сидит в личном доме, охраняемым символом престижности работы на деревню или клан, значит, ему некуда возвращаться. Но я знаю только два подходящих поселения. И волосы у старика точно не красные.
Мастер Ловушек Скрытой Стрекозы из Страны Гор. Генма. Ни фамилии, ни прозвища, ни клана. Последний шиноби деревни, сначала побежденной Конохой, а месяц спустя добитой Сунной.
Меня так легко опознать? интересуюсь, создавая глыбу льда напротив, чтобы сесть на нее, как на табурет.
Старик улыбается.
Черные волосы, красные глаза. Такое сочетание вне Конохи бывает редко. А если глаза то черные, то красные, а на шее болтается протектор Тумана, то все становится ясно. Нурарихен или Хаку?
Я Бъякуя. Меня часто путают с