подробности из недавнего прошлого их экипажа, патентом Вольного охотника и фактические цели этого рейда.
За прошедшие после войны двести лет в политике Империи ничего не изменилось. В силе тот же принцип — выжать из клиента всё и выбросить.
Суматоха предстартовых суток потихоньку спала, перешла в плановую работу подразделений и самая большая нагрузка упала на плечи инженерной службы. Фош, забрав один из инженерных комплексов и двух техников в помощь, занялся серьёзной работой, перепланировкой внутренних помещений лёгкого крейсера.
Освобождая для этой цели не столь важные технические помещения, перебазируя из них грузы, готовил место для установки каютных модулей. Стандартных, чем-то напоминающих конструктор Лего, собираемый в любых комбинациях.
Простая работа на вновь строящемся корабле и серьёзная при встраивании этих конструкций в рабочий, да ещё и в полёте. Даже для Фоша, проведшего всю жизнь на кораблях и не представляющего жизнь вне их.
Остальная инженерная братия под руководством Зинта занята Аграфской техникой, штурмовиками «Урхан», заменой их вооружения. Не всего, сто двадцатая туннельная пушка оставалась, а вся навеска, плазменные орудия и направляющие ракет менялись на Аратанские, более доступные.
Более распостранённые в доступном ии секторе пространства, которые можно было купить на любой станции, даже не относящейся к флоту, и по большому счёту мало уступающие дорогому Аграфскому эксклюзиву.
Чен, после вчерашнего совещания получивший возможность, изредка, с согласия Макса появляться на публике, разрешением не злоупотреблял. Не до этого было. Зарылся по самую виртуальную макушку в недра искина «Шёпота ночи». Не трогая его ядро пытался понять, найти возможную закладку. Вирус, команду которая активируется в самый неподходящий момент.
Искин диверсант, впрочем как и Фош, был твёрдо уверен что она есть, может не быть. Так его учили ещё тогда, двадцать тысяч лет тому назад, а за прошедшее время методы работы спецслужб не изменились. Возможность поставить жирную точку на отработанном материале должна быть.
Должна и самое страшное если это сделано на заводском уровне, ещё в процессе зарождения ядра. Этот вариант неизлечим, никакая программа такой искин не исправит. В таком случае, метод один, только на выброс.
До восьми суток, пять в этом прыжке и двое, или трое в промежуточной системе, где им предстоит установить и развернуть ретранслятор гиперсвязи, на проверку рейдера и его искина у них есть. Не найдут, будет ещё одна система, со вторым ретранслятором, после неё всё.
Шутки кончатся, начнётся работа с тихим, (хотелось бы) проходом паучьих систем, со сжатыми файлами отчётов после каждой. Там, отдых светит только в гипере, в коротких прыжках от системы к системе. Тяготы не пугали, больше тревожила непределённость дальнейшего существования и если честно признаться было страшновато пускаться в одиночное плавание.
Без контракта, стабильной бызы с флотскими доками на самый плохой случай. Но и жёстко связывать себя на неопределённое время с флотом, к чему подталкивал подаренный патент, действующий только в таких условиях, тоже не хотелось.
Так, в работе и сомнениях и шли эти дни, приближаясь к выходу из прыжка в первой, проходной, системе под ничего не говорящим обозначением ТХ- 22.10 -1. Где у них будет длительная задержка, несогласованная со штабом, принятая уже в прыжке по просьбе командира подразделения малых кораблей, штурмовиков и десантных ботов, Трейма.
С целью обкатки разношёрстной команды из только что закончивших учебный курс землян и ветеранов, с разными знаниями и опытом. У одних зашкаливающим, при том боевым, у вторых только голая теория и учебные бои на тренажёрах. Заодно и обкатают Аграфские «Урханы», определятся на месте с составом экипажей на них.
Всё это, не считая наработки режимов разгона с использованием тяги маршевых двигателей обоих кораблей и, отдельно от всего этого, развёртывание ретрансляторной станции. Сообщать штабу о внеплановой задержке Макс не собирался, как и идти дальше не подготовив к этому команду.
Некоторое разнообразие в тянучку прыжковых будней внёс Петро, на четвёртые сутки, под самый вечер появившийся в каюте Макса.
С новостью высказанной сразу у её порога.
— Замки сейфов вскрыты, идём смотреть что там!
— Какие сейфы, ты о чём Петя? — не понял Макс.
С ранением и хлопотами о двух трофейных сейфах из капитанской каюты и рубки «Неркуса», проскочивших мимо глазастых экспертов Форни, забылось намертво. Забылось и не было времени и условий. Спасательный рейд по просьбе флотского руководства и лично Форни, потом ремонт после него,
