паукам. Только что отправили к праотцам, или как тут в Содружестве это называют, по меньшей мере сотню человек. Плохих или хороших, уже не важно, так уж случилось, что чужие разборки задели и их. Оказались в неподходящий момент в месте, где не нужны свидетели.
Повезло с выходом из гипера, в плоскости не совпадающей с активно избивающими друг друга кораблями и, приняв решение вмешаться, не требовалось терять время на выход на удобную позицию для стрельбы. Немного довернули корпус и результат перед глазами.
Пришло время определиться, кому помогали и Макс распорядился.
— Шкип! Связь с курьером!
— Выполняю! — бодрым голосом доложился искин и через несколько секунд.
— Связь установлена!
Прямо перед Максом, вместо картинки цели, появился мужчина в пилотском скафандре с убранным в воротник шлемом. Сухощавое лицо человека, сорока или чуть больше лет, с короткой стрижкой светлых волос, спокойно смотрело на него.
Макс представился первым.
— Макс Корн! Капитан крейсера «Вонксан». С кем имею честь?
По совету бывших рабов, сократил фамилию на местный лад, чтобы не выделяться и не вызывать лишних вопросов, да и лучше звучала.
Небольшое удивление промелькнуло на лице незнакомца, но ответил сразу.
— Ганс Мориц! Капитан Имперского курьера. Лэр Корн! Мы благодарим, Вас, за помощь в уничтожении пиратского крейсера. Проясните причину вашего вмешательства в происходящее, Вы, граждане Империи?
Услышав фамилию и имя капитана, Макс невольно удивился, негромко пробормотав при этом.
— Швабы в Содружестве? — и уже громче ответил.
— Почему вмешалась? Несколько причин сразу. Первая, это работающая глушилка, вторая, сигнал бедствия посылаемый Вами и третья, как я понял, этим ребятам свидетели не нужны. На второй вопрос, мы не граждане Империи.
Всех своих планов, он не собирался объяснять первому встречному, встретились и разошлись. У капитана курьера оказался тонкий слух и он услышал его бормотание.
— Вы сказали — швабы? Откуда вы знаете это слово?
До этого момента спокойный, как будто не ему только что грозила смертельная опасность, при этих словах, капитан курьера не на шутку разволновался.
— Как Вам, сказать? На моей родной планете, есть такой народ и Германия сосед моей страны, — ответил Макс, но Мориц не унимался.
— Капитан Корн, как называется Ваша планета и как давно вы оттуда?
— Планета Земля, чуть больше месяца, — лаконично ответил Макс и в свою очередь спросил.
— А что Вас, конкретно, интересует?
— Мы в некотором роде, как у Вас говорят- земляки. Мой отец с Земли и он очень интересуется новостями со своей родины. Не могли бы мы обменяться кодами нейросетей, чтобы пообщаться в спокойной обстановке.
Судя по взволнованному голосу, этот вопрос был для него важен и пожав плечами Макс согласился.
— Не вижу проблем, отправляю код своей сети.
Убедившись в получении ответного, поднял в прощальном жесте согнутую руку.
— Спасибо, получил! Я вижу, что фрегат Вы, добили, в таком случае прощаемся.
Мориц приложил к виску два пальца, в старорежимном отдании чести.
— Мы обязаны Вам, жизнью и за всем нашим экипажем долг чести. Свободного полета капитан Корн!
Картинка чужой рубки растаяла.
Опять на экранах остатки уничтоженного ими крейсера, немного в стороне парят атмосферой два фрегата. Это работа, уже вышедшего на разгонный курс и набиравший скорость курьера.
А у них, чуть не возник бунт на корабле, народ категорически воспротивился бросать бесхозное добро в системе. И хотя было опасно тут оставаться, скрепя сердце, пришлось выделить десять часов на мародёрку.
Глава 8
— система ТХ — 20.51 —
Посмотрев на результат часовой работы, Йорг с облегчением вздохнул. Проклятая аппарель, перекосившаяся от взрыва, наконец-то начала откидываться. Значит его усилия и тройки подчинённых ему инженерных дроидов не напрасны, лётный док открыт. А с ним и всё, что находится на его палубе.
В шлеме слышны негромкие разговоры помощников, Ивана и Вика, занятых потрошением уцелевшего вещевого склада. Занятых увлечённо, но, при обилии номенклатуры, пакующих только определённые позиции.
В пятидесяти метрах от кормового обломка, где и находилась его группа, с прокинутыми к нему гофрами топливных шлангов, висит «Вонксан». Идёт перекачка ещё живого, не успевшего застыть, топлива.
За прошедшие три часа, немного успокоился от осознания совершённой фатальной ошибки, а поначалу, после находки в одной из разрушенных кают,
