Хозяева Прерии

специальную ракету, которая позволяла точно определиться относительно цели – по её поведению удавалось достоверно установить, есть по курсу портал или нет. Створ этого прохода между звёздными системами конечно не игольное ушко, но космос, он знаете ли еще больше. А техника несовершенна да и людям свойственно ошибаться – промазать мимо портала – не такое уж редкое событие. Космическое пространство это не река – буйков тут нет, да и с якорями для них напряжённо.
Значительно неприятней промаха перспектива «попасть частично» и оставить по другую сторону перехода какуюнибудь часть фюзеляжа. Так что четко вперед по курсу уходит сначала беспилотный разведчик, подсвечивая себя специальным фонариком, потому как работающий на сжатой углекислоте двигатель никакого заметного выхлопа не дает. Потом по месту, где огонек исчезнет, уже с малой дистанции, по порталу отстреляется обычная авиационная пушка, самыми обычными трассерами, посылая снаряды несколькими концентрическими кругами, дабы определится где на самом деле находятся границы портала и куда нужно корректировать курс.
Все это – давно известная рутина, но пилот должен быть готов перехватить управление «собачкой» если за положенные секунды она в створ не войдет и выдать ей команду на торможение – «собачка», ценное имущество ее положено подбирать при любом раскладе. А потом придется срочно переключаться на пушку и начинать палить во все стороны, пока штурман будет давать команду на уклонение, если портал окажется вдруг в неудобном положении.
Рутина словом, но хоть какоето развлечение, потому как автоматика давно заменила человека, и экипаж челноку нужен не столько по необходимости сколько «на всякий случай». Вот сегодня таковой и выпал на их долю.
В пустоте под обтекателем в головной части собачки сегодня лежал предмет для многих представляющий весьма специфический профессиональный интерес. Больше всего это походило на мяч для регби, только меньшего размера и засунутый между стянутыми стальными болтами прямоугольными коробочками. Когда зонд сначала ускорился, а потом перешел в свободный полет, начинка коробочек это для себя отметила: ускорение а потом невесомость через интервал в четыре секунды, пропадание магнитного поля корабля, звук от работающего двигателя, радиообмен между «собачкой» и кораблем – эти факторы были уверенно отмечены и по совокупности запустили таймер и, одновременно, блок питания начал перегонять энергию аккумулятора в высоковольтные конденсаторы большой емкости.
Ровно через двадцать три секунды над дневной стороной Прерии взошло второе солнце. Его лучи нагрели теплозащитные экраны челнока и, несомненно, испарили бы летательный аппарат быстро и бесследно, но сияние пропало, успев обласкать лишь светочувствительные элементы камер наружного наблюдения. Экипаж челнока отметил это по заметному снижению чёткости изображения на экранах.
– Что это было? – штурман принялся тестировать приборы наблюдения и выверять угломеры.
– А кто его разберёт? Тут только что прошла дивизия ВКС со всеми своими обозами. Могли обронить какуюнибудь ерундовину. Ну а собачка на неё наткнулась, – убедившись, что фиксирующая аппаратура свои функции выполняет, пилот привёл в действие пушку.
А еще через полтора часа, расстреляв все трассирующие заряды, но так и не найдя створ портала, челнок был вынужден начать маневрирование для возвращения на ту же самую взлётнопосадочную полосу которую покинул менее суток назад.
***
Выспался Степан прекрасно. Пробуждение в утробе подводной лодки привело его в радостное недоумение: о наличии у аборигенов подобных судов он даже не догадывался. И сейчас, когда началась война на уничтожение, начатяае правительством против населения планеты, данное обстоятельство внушает надежду на успех.
Действительно, противопоставить мощи метрополии маленькое сообщество здешних жителей может немногое. Прежде всего, скрытность и способность уходить изпод удара. Хотя, как минимум один из десантных кораблей они сумели крепко стукнуть о бетон посадочной площадки.
– Проснулся? Иди завтракать! – шкипер подводной лодки махнул рукой изза пульта, установленного строго по центру судна ближе к корме.
Нехитрую дорожную снедь – варёные яйца и хлеб, дополненные неограниченным количеством соли в солонке, сделанной из консервной банки, Стёпины телохранители успели отведать, и теперь пили чай. Разговор не завязывался, да и о чём говорить? Хотя, надо бы выяснить, куда они идут.
– Долго нам ещё плыть?
– За полтора суток доберёмся, – моряк улыбнулся. – Кстати, меня Климентием зови, а твоё имя я знаю. А идём мы на остров Тэра. Вернее, на военную базу тебе надо будет попасть,