Хозяева Прерии

можно вещать на волну Тамтам радио. Суда с больными разгрузились и побежали на север к лагерю горожан. Работники космодрома прибыли на пирс, расположенный южнее посёлка рыбаков и уже находятся в пути к месту работы. Потом в кабинете появился тот же офицер и пристал с вопросом о том, можно ли поднимать челноки с аэродрома.
Над городом расправила свои угольные крылья бархатная топическая ночь, а Степан терзал аппаратную военной базы, выясняя, что там нынче по поводу расхождений в данных навигационных приборов, проспался ли Георгий Константинович, поскольку космодесантники не вполне уверены как им следует относиться к распоряжениям представителя местной администрации без команд с его стороны. Но бойцов с аэродрома на космодром отправили, потому что насадившийся на посадочный стол корабль следовало разделить на части и оттащить в сторону.
Ассамблейцы подошли, принесли своих раненых в военный госпиталь, разместившийся в школе. Клубок событий рос, наматывая на себя слой за слоем проблемы, возникающие одна за другой. Председатель ассамблеи и пара его помощников прямо отсюда из кабинета связывались с кемто через визоры и чтото решали, потом появился дядя Ляпа и занялся тем же. Ещё несколько человек появилось, но они не мешали, так что внимания на них не обращал.
Выяснилось, что вертикальник, севший на ровное дно котловины северозападней города, требует для старта большого объёма земляных работ – его надо попросту окопать так, чтобы площадка под ним выровнялась, и сам он выпрямился, но для этого нужны домкраты, искать которые пришлось через радио.
А ведь суток не прошло с того момента, как он выспавшись и отлежав себе бока выбрался из чрева крошечной подводной лодки. Какой же длинный выдался день!

Делла увела его баиньки, когда он начал заговариваться от усталости. В этот момент папенька уже добрался до кабинета, сказал, что мама тоже дома, а его отправила позвать сына и невестку на ужин. Только домой они с женой не пошли, прямо из кабинета имелась дверь в весьма неплохо оборудованные апартаменты, где и кроватка нашлась, и холодильник с едой. Тут и устроились вздремнуть. Супруга тоже выглядела усталой.
Следующие дни оказались заняты хозяйственными хлопотами. Вернувшиеся в город люди остались без крыши над головой, поэтому коттеджи Белого Города превратились в коммуналки, а особняки – в общежития. Челноки спускали орбиты личный состав космодесантной дивизии и её имущество. Корабль вертикального взлёта с плато на юге принялся делать по рейсу в сутки, доставляя на поверхность планеты коптеры и самолёты, катера и бронетранспортёры. Даже танки.
Часть личного состава десантировали с кораблей орбитаатмосфера прямо в прерию, что в междуречье рукавов Ярновки. Туда же сбросили на парашютах немало контейнеров с боеприпасами, медикаментами и оружием. Штаб дивизии охотно сотрудничал со Степаном и его порученцами, стараясь поскорее вернуть как можно больше людей из космической пустоты в родную стихию. Комдив никак о себе не напоминал, оставаясь, повидимому, в гостях у любезнейшего Евсея Елисеича на уютной военной базе посреди лазурного океана.
Неразбериха образовывалась изрядная. Вот скажем, Яга заглянула спросить, где ставить шатёр под контору её торговой фирмы. Естественно, сам шатёр был немедленно конфискован для размещения личного состава дивизии, а Ольге Петровне выделили комнату в представительстве, куда она и въехала со своими девочками. Аналогичная судьба постигла и Ассамблею Коренного Населения. Для её размещения хватило кабинета второго заместителя. Точнее, заместительницы. Одной гардеробной оказалось достаточно для всего секретариата.
Тем не менее, несмотря на заметное уплотнение в здании представительства, отдел топографии, сохранили в неприкосновенности, и группу учёта и другие технические службы. Но сквозь клубок оперативно решаемых проблем всё ярче проступала обеспокоенность тем, куда девать тысячи молодых рьяных парней. Ведь ни для кого не секрет, далеко не все они мечтают о вдохновенном творческом труде. Всётаки в армии несколько иные приоритеты.
И ещё настораживало то, с какой охотой Степану подчинялись все подряд. Вообщето особо глупых распоряжений он не выдавал. Кажется. Однако полное отсутствие сопротивления со стороны подчиненных настораживало. И почему подчинённых? С чего это все вдруг решили, что обязаны исполнять его волю? Нет, не беспрекословно. Споры бывали и о целесообразности выполнения полученного указания и о методе его реализации. Но ситуации всегда оказывались разрешимыми настолько легко, что складывалось впечатление, будто