Хозяева Прерии

Это продолжение книги «Аборигены Прерии» и финал повествования о Прерии. Читать её отдельно от первой книги — непонятно будет. Чтобы усилить это утверждение, нумерация начата не с первой главы, а с той, на которой прервана предыдущая книга.

Авторы: Калашников Сергей Александрович

Стоимость: 100.00

– А я предлагаю две камеры поставить прямо на руку, – девчонка опять встряла. – Ты меня на кукурузе не послушал, а сейчас вообще рогопегу затеешь невыносимую, которую придётся опирать на фундаментальное шасси. Умные какие, понимаешь. Ты, Цикута, постоянно находишься в плену у давно сформировавшихся, так называемых, классических представлений и не способен преодолеть стереотипов, набившихся в твою голову при изучении прототипов или аналогов.
– Ага, ага! Сейчас мы выкатим твою телегу на деревянных колёсах от древней туркестанской арбы и насмешим всю окружающую действительность…
Ребята не на шутку увлеклись спором друг с другом. Третий член их команды поглядывал на это с философским спокойствием человека, повидавшего на своём веку немало подобных сцен. А ещё он буквально упивался грушами. Ох и побегает сегодня ктото в туалет!
***
Котята появились в вольере только через неделю. Один из них явно был ранен, поэтому специально к нему приехал фельдшер. Болезного затащили в дом и привязали к столу. Когда следовавшая за ним мать это увидела, то пулей вылетела обратно на двор, и уже через минуту ворвалась обратно в процедурную в сопровождении махайрода. Так эта пара и не спускала глаз с рук доктора, пока он разрезал, чистил и приводил в порядок запущенную рану. Степан и его союзник мегакотик всеми силами старались успокоить животных. Четвероногий моргал настолько интенсивно, что смотреть на него становилось неуютно, а переводчик на человеческий стыдливо молчал, иногда перхая, чтото вроде «тогда» или «налево». А Степан комментировал каждое действие немолодого фельдшера самым спокойным тоном, на который был способен. Оба героя, врач и пациент, тоже оказались на высоте. Человек действовал уверенно и безапелляционно, а малыш вёл себя покорно.
Межвидового конфликта не состоялось. Оперированного Степан доставил в вольер и… а нет никто. Спросил взглядом у мамы кошки: «Куда нести?», но ответа не получил. Родительница взяла своё чадо зубами за шкирку и была такова.
Саблезуб тяжело вздохнул, посмотрел тоскливым взглядом на дверь морозильной комнаты, и вяло поплёлся в лес. Больше мегакотиков на подворье никто не видел. И даже старый Стёпкин знакомый не показывался. Но парни, что обходили поля, рассказывали – мышкуют хвостатые, людей не таятся, и охранник их полосатый обретается поблизости. Но люди сближаться со стаей не спешили. И фельдшер не уехал. У него по ближним окрестностям во всех полутора десятках ферм имеются и жилые комнатки, и процедурные, так что он повсюду и дома и на работе.
***
Первым на подворье появился тот самый котёнок, которого оперировали. Он подошел к фельдшеру, который в это время проводил с детьми беседу о санитарии и гигиене, и потёрся об его ногу. После чего был немедленно перенесён на стол в процедурной и осмотрен. Лапа зажила. Почти. Одним словом, служить хозяину она уже могла, чем он немедленно и воспользовался, удрав из под опеки родительницы..
Угостили его очищенными креветками, да и ушёл он себе с миром. Вечером объявился махайрод, а за ним и остальная компания подтянулась. Ночевали они в вольере, имеется ввиду мегакотики. Саблезубый попросился в дом, сломал там неудачно стоявший стул и устроился на матах в зале для гимнастики – тут для деток на время муссона специальное помещение оборудовано, которое большую часть года пустует, а ему оно чемто понравилось.
Вот и вторая попытка сближения с людьми со стороны стаи. Видимо Котик продолжал «разъяснительную работу» пока заживала лапка у пострадавшего и аргументы возымели действие. А, может быть дело в том, что результаты вмешательства доктора стали очевидными?
Этим же вечером Степан поговорил со старым своим знакомым мегакотиком. Не о предстоящих делах шла речь. Делились впечатлениями. Оба переводчика наверняка врали через слово, собеседники жаловались на трудности в деле убеждения мегакотов в необходимости сближения с людьми. Сказать по правде, Степан сильнее опасался за представителей человечества. Ждал он от них чегото недоброго, но обошлось. Пока. Может быть, дело в том, что они воспринимают животных как младших? Опекаемых? Отсюда и терпение и снисходительность. А если и так – то и пусть. Этот вариант ничем не лучше и не хуже других. Вот сейчас, обсуждая с котячьим парнишкой варианты дальнейшего развития событий, он не чувствовал себя ни более опытным, ни более разумным.
У каждого из сообществ, живущих на планете, свои непростые проблемы. Так что сравнивать меру разумности разных видов не получается. Многое несопоставимо, да и непонятно.
***
Сказать, что на ферме Краснова установилось полное взаимопонимание между людьми и животными – это было бы слишком смелым заявлением.