Хозяева Прерии

с ночлегом в пути. Прерия – не слишком обжитая планета и небрежничать с ней опасно.
Гдето в глубине души даже теплится надежда, что ей снова повезёт с ветром, и она сумеет добраться до бахчи за два световых дня.
* * *
Посадка по поводку рядом с домом – несложная процедура, тем более, полосатый чулок на шесте подсказывает, какую брать поправку на ветер. И площадка не чересчур тесная, так что притёрлась к грунту мягонько. Родители встречают чадо своё вдвоём. Папенька представительный, солидный даже, массивен, но рыхловат. Мамаша дородная и выглядит уютно, подомашнему.
– Привет, предки, – о! Болезный очнулся. – Это Делла, моя девушка, – вот заладил: Моя и моя. – Я нарочно прикинулся хворым, чтобы иметь честь представить её вам. Надеюсь, она простит мне эту невинную ложь.
Нет, ну каков, бестия! Пара фраз со сменой стиля с закадычносемейного на высокопарноофициальный. Причем второй – в отношении неё! И полное устранение родительской тревоги за здоровье отпрыска. Вот это политика! Про здоровье – так ведь понятно, что онато на это не купится. Знает она, насколько он сейчас здоров. Но нельзя же не подыграть!
– Ах ты, негодник! Это надо было так меня разыграть! Право, я уже начинаю сомневаться, можно ли тебе вообще доверять, – это она Стёпе с шаловливыми нотками в голосе. Даёт понять, что сердится в шутку.
– Единственное, что его извиняет, это удовольствие познакомиться с вами. Право, если бы не уловка вашего сына, я бы не решилась даже рассчитывать на это, – это уже родителям. Спокойным повествовательным тоном.
Какоето время сомневалась сделать реверанс или книксен, но вспомнила, что в шортах это смешно и вообще, она, кажется, переборщила с чопорностью, невольно подстроившись под тон «своего парня». Но, вроде, сработало, потому что тревога на лицах предков сменилась выражением удовольствия и… на что это так мама смотрит округляющимися глазами? Зараза! Фата же на шляпке!
– Это не то, что Вы думаете. У нас в сухом климате без такого приспособления слишком пересыхает кожа лица, – начла она сбивчиво, но Стёпка тут же встрял:
– Пап! Мам! Делла торопится на коллоквиум по генной инженерии, а мне надо в смену выходить через час, так что подбросить её я никак не успеваю. Но к моим следующим выходным она как раз освободится, и сможет остановиться у нас на целые сутки. Мы уже договорились, и я обещал показать ей город, – эта фраза сопроводилась ласковым поцелуем в щёчку.
Первый поцелуй! Отпад! И ещё её подсадили в кабину. За попу. Мягко и нежно. И ещё – похозяйски заботливо.
– Не забудь заправиться, – напутствовал её Стёпа, так же заботливо, как и подсаживал, захлопывая дверцу.
Ни папа, ни мама так и не вымолвили ни слова. Им просто не хватило на это времени, настолько стремительно и напористо разыграли они эту интермедию. А на коптере ей действительно намного удобней. Хм! Ведь отдав в её распоряжение очень дорогой летательный аппарат, он однозначно указал предкам на фактическое расширение их семьи. Да в Стёпке пропадает великий режиссёр и сценарист в одном лице! Ведь каждый жест, каждая интонация демонстрирую его к ней трепетное отношение.
Взглянув сверху на то, как сынок, чмокнув маму, идет к двери коттеджа, Делла чуть не разрыдалась. Ему же больно! Знает она, как сводит мышцы после такой нагрузки, особенно – на вторые сутки, когда эффект закрепляется.

Делла осознаёт, что она – юная, неопытная и беспросветно наивная девушка. Выросла в ужасной глуши, ничего, кроме фэнтэзи не читала и её знания об этом мире перестали прирастать четыре года тому назад. Да, это были довольно интересные годы, но что от этого толку, если она уже два раза подряд не смогла элементарно поладить с первым парнем в её жизни. И теперь – да сдались ей эти арбузы! Через, надо посчитать, десять дней у неё смотрины. Или это её смотрины. Или ей? Не сбиваться! Стёпа будет знакомить её со своими родителями. И она должна произвести на них хорошее впечатление.
А с чего это самое впечатление начинается? Правильно – с одежды. При первой встрече она оказалась в достаточно нейтральном облачении, которое равно пристало и девушке из высшего общества, и простушке из самых широких кругов населения. То есть – дорожный костюм, соответствующий объективным условиям. Ткань добротная, износ внешне не заметен. При мимолётном взгляде, естественно. А при пристальном? Том самом, который её ожидает.
Судя по Стёпкиному поведению, он не только воспринимает её с великой серьёзностью, но и родителей убеждает в том, что всё для себя в отношении неё окончательно решил. Наглец, конечно.